Привилегия — величайший враг права.
Выбирать, как умереть — неотъемлемое право каждого.
Привилегия — величайший враг права.
Исключения не всегда подтверждают правило — они могут предвещать другое, еще не известное правило.
Я не считаю, что собака на сене имеет исключительные права на это сено, даже если она лежит на нем очень длительное время. Я не признаю такого права. Я не признаю, например, что какая-то великая несправедливость была совершена по отношению к американским индейцам или к аборигенам в Австралии. Я не признаю, что этим людям был нанесен ущерб в результате того, что более сильная раса, более высокоразвитая раса или, во всяком случае, более умудренная раса, если так можно выразиться, пришла и заняла их место.
Вступить в брак по рассудку — значит, в большинстве случаев, употребить весь свой разум на совершение самого безумного поступка, какой только возможен.
— Закон уже пробовал заставить меня говорить. Я знаю закон. Вы не можете меня заставить. У меня свои права. Так гласит закон.
— Закон остался там, за дверьми. По эту сторону двери мы оба за чертой закона. Ты знаешь об этом. В одном из самых больших цивилизованных городов мира мы оба живем в наших собственных маленьких джунглях. Но и в них тоже есть какой-то закон. Вернее — право. Убить или быть убитым.
Вот они, начальственные привилегии: один на персональном извозчике домой, а другой на своих двоих по служебной надобности.