— Как долго ты будешь наказывать меня?
— Я не наказываю тебя, эгоистичный засранец. Я пытаюсь понять, как тебя простить.
— Как долго ты будешь наказывать меня?
— Я не наказываю тебя, эгоистичный засранец. Я пытаюсь понять, как тебя простить.
— Простите, я сейчас занят.
— Ты труп! Какие у тебя дела?
— Смотреть в окно и дрочить в слезах. Рутина такая.
— Ты психопат, Тейт. Это психическое расстройство, терапия здесь не поможет.
— Значит это ваш диагноз: я психопат?
— Да. И самого ужасного толка. Ты обладаешь харизмой и даром убеждения. И ты патологический лжец...
— (сквозь слезы) Так значит всё. Я ничего не могу сделать? Нет надежды на прощение?
— (хлопая) Великолепное представление, Тейт. Ох уж эта роль непонятого подростка... Но психопат по определению не способен на расскаяние.
— Можно задать Вам вопрос? Вам не надоело убирать грязь за другими людьми?
— Мы, женщины, все это делаем. Только мне за это еще и платят.
— Где он?
— В своей могиле. И он покоится там уже дольше, чем прожил на этой земле.
— Ещё раз появишься здесь, и я убью тебя! Слышишь? Убью!
— Вечно одни обещания...
Чем больше вы чего-то боитесь, тем больше силы вы этому даете.
— Я ничего не сделал.
— Точно. Быть мудаком — не преступление.
— Ты ничего не ешь.
— Я не голодна. Сыта враньем по горло.
Наказать — легко, простить — трудно.
— Ты часто думаешь о сексе?
— Я думаю об одной конкретной девушке. Вашей дочке. Я дрочу, думая о ней. Часто.
— Мне неприятно слушать такое о моей дочери, Тейт...
— Не хотите узнать, что я хочу с ней сделать? Как я уложу её на постель и буду ласкать её нежную кожу, чтобы она мурлыкала, как котенок. Она — девственница. А они так легко становятся мокрыми...