Мы не имеем права проливать слезы перед лицами тех, кто отдал свои жизни ради достижения нашей общей цели.
Не вздумай дать им ухватиться за твой плач, они из него себе улыбок нашьют.
Мы не имеем права проливать слезы перед лицами тех, кто отдал свои жизни ради достижения нашей общей цели.
Да, я плачу. Во мне бурлят эмоции, и я выражаю их через влагу на лице. Это и делает меня человеком!
Легче всего сейчас было бы, наверное, просто расплакаться — но даже этого я не позволил себе. Как подсказывал внутренний голос, мои самые горькие слёзы были ещё впереди.
Прекрати. Раньше ты никогда не плакала. Не дури, лучше пораскинь мозгами, ведь тебя считают умной.
— Я бы плакала, получив такое письмо.
— Да, поплачь. В слезах нет ничего постыдного. В конце концов, после слёз солнце всё ещё сияет теплом.
Хотелось прижаться лицом к коленям этих постоянных и зареветь. Не марая свою боль словами; ведь слова у нас теперь только для политики, сплетен или острот. У трезвых, во всяком случае. Мы же несгибаемые, мужественные, гордые. Не постоянные, но гордые. Чем менее постоянные, тем более гордые… Просто зареветь в голос.
Чтобы осознать, что из слез может появиться нечто прекрасное, — для этого нужно мыслить иначе.