— Я вот что не понимаю: ты вроде не полная полудура. И как ты можешь это смотреть?
— Ты же смотришь футбол.
— Ой, да ладно, как можно это сравнивать с футболом? Я не критикую то, что происходит на шоу. Я критикую тех, кто это смотрит.
— А у тебя что, нет тайных увлечений? Ты не смотришь видосы, где парни бьются об лёд или ужасы? А может, комиксы?
— Это ты про графические романы?
— Бог ты мой, ты серьёзно? И я дура?
— Графические романы — это новая литература.
— Ага, чистый Стейнбек!
— У Вас ведь есть друзья?
— Ну... Мои комиксы.
— Вы должны найти друзей не нарисованных на бумаге.
— Что?! Из живых людей?
— Послушайте только, как веселятся мужчины!
— Они смеются, вероятно над какой-нибудь непристойностью.
— Да нет, просто сплетничают. Мужчины любят сплетничать.
— Ещё бы, конечно!
— В этом нет ничего плохого. Люди, которые не любят сплетен, не интересуются своими ближними. Я просто настаиваю, чтобы мои издатели любили сплетничать.
— Да, но мужчины сплетни называют делом.
— Я вас ненавижу!
— Я тебя тоже!
— Чтоб вы сдохли!
— Как и ты!
— Можете убить меня прямо здесь!.. Пожалуйста, не убивайте меня.
— Сначала целуешься, долго, минут двадцать. Потому что нужно, ну как-то, закрепиться на этом плацдарме, ну зафиксировать, что тебе это уже можно...
— А, прости, с языком?
— В десятом классе с языком? С ума сошёл? Это разврат.
— Что вы там одними губами двадцать минут делали?
Cлайд с цитатой