Я же своей рукою
Сердце твоё прикрою -
Можешь лететь и не бояться больше ничего.
Сердце твое двулико,
Сверху оно набито
Мягкой травой, а снизу каменное, каменное дно.
Я же своей рукою
Сердце твоё прикрою -
Можешь лететь и не бояться больше ничего.
Сердце твое двулико,
Сверху оно набито
Мягкой травой, а снизу каменное, каменное дно.
Я собираю в пустоте
Осколки брошенных сердец,
В моей расплавленной душе
Из них варю я леденец,
Конфеты счастья продаю
На тонких палочках судьбы,
Я все задаром отдаю,
Сосите, люди, леденцы.
Смотри же и глазам своим не верь -
На небе затаился черный зверь.
В глазах его я чувствую беду.
Не знал и не узнаю никогда,
Зачем ему нужна твоя душа, -
Она гореть не сможет и в аду.
Мы танцуем смерть
Последний вальс — он трудный самый!
Смерть танцует нас
Ау фидер зейн, айн-цвай-драй, мама!
Сердца многих, пожалуй, большинства людей – открытая книга, но порой читать в сердцах дальних куда проще, чем заглянуть в душу близким.
Но вас я вижу, вам внимаю...
И что же? Слабый человек!
Свободу потеряв навек,
Неволю сердцем обожаю.
Сладкими речами меня не обманешь
И в любовные сети свои не заманишь.
Любовь видит сердцем, а не глазами,
Потому влюблённые ходят слепцами...
Я в сердечных делах не знаток, но как больно вырывать из сердца любовь — это-то уж я понимаю!..