Первый же час, давший нам жизнь, укоротил ее.
Речь людей такова, какой была их жизнь.
Первый же час, давший нам жизнь, укоротил ее.
Внутри каждого из нас сидит царская душа, каждый хочет, чтобы ему было все позволено, но не хочет быть жертвой чужого произвола.
Сколько бы мы ни старались, жизнь бежит быстрее нас, а если мы еще медлим, она проносится, словно не была нашей, и, хотя кончается в последний день, уходит от нас ежедневно.
До старости я заботился о том, чтобы хорошо жить, в старости забочусь о том, чтобы хорошо умереть.
Никогда не считай счастливым того, кто зависит от счастливых случайностей.
(Не считай счастливым того, кто зависит от счастья.)