— Прасковья, он на тебя глаз навострючил.
— Не заметила, бабушка.
— А он незаметно... Охотник.
— Прасковья, он на тебя глаз навострючил.
— Не заметила, бабушка.
— А он незаметно... Охотник.
— Как и за что я вас люблю?.. А за то я вас люблю... Может быть, вы не хороши собой? Сердце у вас нехорошее, ум неблагородный... Вы знаете, что когда-нибудь я вас убью?
— Догадываюсь.
— И не потому убью, что разлюблю или приревную, а просто так, потому что тянет. Знаете, нам с вами вдвоём — опасно.
— Опасно!
— Очень, очень. Меня последнее время так тянет вас прибить! Понимаете, — изуродовать, придушить.
– Кажется, кто-то говорил, что не любит незнакомых людей. Или к девушкам это не относится?
– Не люблю. Но некоторых знакомых людей я не люблю еще больше.
Я хочу замуж. Ведь так здорово иметь рядом человека, которого можно мучить до конца жизни.
– Может, он скоропостижно скончался? – с надеждой предположила девушка. – С пиратами это бывает: ссора при дележке добычи, «черная метка» от команды…
– Скорее напился и дрыхнет. С пиратами это бывает гораздо чаще.
— А может, лучше в оперу сходим?
— В день рождения?! — ужаснулся Теодор. — Поспать и в каюте можно, без посторонних воплей.
— Вы что-то ищете тут?
— Всего лишь сказочные минуты повседневной жизни.
— О, вот как. Тогда поищите их в другом месте, мы с моей дамой пытаемся танцевать.
— Это вы пытаетесь, а у дамы прекрасно получается. Простите, капитан, дерзкая шутка в ваш адрес. И не последняя, надеюсь.
— Мы плывем на лодке!
— У вас есть лодка? Где вы ее взяли?
— Вообще, это скорее самолет... наполовину... Мы на самолодке.
Мы можем все, — но, по горемычной истории последних четырех поколений, не от хорошей жизни. А хорошая жизнь «за широкой спиной» (она же «каменная стена»), в которой женщины мира уже увидели тупик, ловушку, — нам еще только снится.
... И в этом сне нам не надо вставать на унылую работу в промозглых зимних потемках, мы избавлены от вечной спешки и недосыпа, наконец-то чувствуем себя защищенными, наконец-то можем наиграться в куклы-кухни-цацки-фантики... Отдать ненужную силу, сжечь лягушачью шкурку своими руками, и пусть все неприятные отношения с суровым и непредсказуемым миром возьмет на себя Он! Во сне мы не задаемся вопросом, зачем это Ему нужно и какова может оказаться цена. Разве мы, такие хорошие, не заслужили? Разве мы не старались?..
... Некоторые, впрочем, уже проснулись, и пробуждение было ужасно. И что же? Сплошь и рядом находится простой ответ: это Он был не тот, кому бы снова вручить свой хрустальный башмачок, где же Принц? Ох, как грустно видеть прекрасных, умных и талантливых, радостно готовых наступить на те же самые грабли, которые уже разбили не одну тысячу женских лбов по обе стороны Атлантики!
— Если я не знаю, куда еду, то неплохо бы хоть понимать почему.
— Красиво загнул. — Агриппа похлопал в ладоши. — Мастер, вы сделали из него ритора.
— Полагаю, он сам не понял, что сказал, — усмехнулся маг...