При юности и красоте мудрость проявляет себя очень редко.
Это и есть красота – незамутненность
сути.
При юности и красоте мудрость проявляет себя очень редко.
Ничто так не смущает чистоты ума, и красоты, и мудрости, как гнев беспричинный, громким ревом вокруг разнесенный.
По утверждению мудрецов, учиться надо смолоду, на старости же лет наслаждаться знаниями.
Я овеян дыханьями многих морей,
Я склонялся над срывами гор,
Я молился ветрам: «О, скорее, скорей!»,
Я во всем уходил на простор.
Я не знаю цепей, я не ведаю слов
Возбранить чьи б то ни было сны,
Я для злейших врагов не хотел бы оков,
А желал бы улыбки весны.
Я не знаю тоски, я сильнее скорбей
На разгульном пиру бытия,
Я овеян дыханьями вольных морей,
Будьте вольными, братья, как я!
О, сжалься, Красота! Дай сильным — власть,
Богатым — денег, юным — их мечту.
А мне от всех щедрот оставь лишь часть -
Июльский полдень и апрель в цвету.
Как нищий, что в толпе на берегу,
Где не смолкают крики, брань, галдёж,
Где все снуют, толкаются, бегут,
Выпрашивает слёзно медный грош,
Так я – средь этой вечной суеты,
В круговороте звуков и огней,
Лишь об одном молю у Красоты,
Молю и для себя и для людей:
Дай нам немного мудрости и сил,
Пока нас вечный мрак не поглотил.
Обильные слёзы юности — избыток влаги, переполняющей сердце. Старческие же слёзы — последние капли жизни, падающие из-под век, жалкий остаток сил в немощном теле. Слёзы на глазах молодости подобны каплям росы на лепестках розы. Слёзы на щеке старости напоминают пожелтевшие листья осени, уносимые ветром с приближением зимы жизни.
Но вот оптимист приглашает меня раскрыть глаза и посмотреть на мир, как он прекрасен в озарении своего солнца, со своими горами, долинами, потоками, растениями, животными и т. д. Но разве мир — панорама? Как зрелище — все эти вещи, конечно, прекрасны; но быть ими — это нечто совсем другое.