Человек не может обнаружить новые океаны, если он не имеет смелости потерять из виду берег.
Человек умирает тогда, когда перестаёт меняться, а похороны — просто формальность.
Человек не может обнаружить новые океаны, если он не имеет смелости потерять из виду берег.
Над большими морями веют жесткие ветра. Корабли колышутся, паруса рвутся.
Волны бьют по сердцу человека. Для тех, кто знает только поверхность моря, это кошмар. Это уничтожение всего.
Бури в воде уносят в самые неизведанные глубины моря. Кто-то предпочтет наблюдать блеск моря под сиянием солнца. А кто-то готов погрузится на глубину, чтобы найти жемчужины.
В море есть море, а в тебе — настоящий ты. Если бесчестие пробуждает интерес к себе на нашем веку, а о хороших и честных людях думают плохо... Ты держись за любовь.
Если ты ищешь жемчужину, то ищи ее на дне моря. Потому, что по берегу бьет лишь только пена.
Умственное развитие или отсутствие такового приблизительно измеряется количеством и качеством книг, которые есть в доме.
Счастлив тот, кто, присутствуя лишь в мыслях другого, исправит его! Счастлив и тот, кто может так чтить другого, что даже память о нём служит образцом для совершенствования! Кто может так чтить другого, тот сам вскоре внушит почтение. Выбери того, чья жизнь и речь, и даже лицо, в котором отражается душа, тебе приятны; и пусть он всегда будет у тебя перед глазами, либо как хранитель, либо как пример. Нам нужен, я повторяю, кто-нибудь, по чьему образцу складывался бы наш нрав. Ведь криво проведённую черту исправишь только по линейке.
Чтобы быть истинно добрым, человек должен обладать живым воображением, он должен уметь представить себя на месте другого. Воображение — лучшее орудие нравственного совершенствования.
Наши желания всегда совпадают с нашими возможностями. Что бы там ни возражали скептики, человек хочет только того, что может реально осуществить. Разница лишь в наличии или отсутствии дерзости.
Но ее воздействие на тех, кто находился рядом с ней, – огромно, ибо благоденствие нашего мира зависит не только от исторических, но и от житейских деяний; и если ваши и мои дела обстоят не так скверно, как могли бы, мы во многом обязаны этим людям, которые жили рядом с нами незаметно и честно и покоятся в безвестных могилах.