— Тоскливо как-то сзади. Подсади-ка. Пардон.
— Допиндер.
— Пул. Дед.
— Красивый красный костюм, мистер Пул.
— Рождество как-никак, Допиндер. Еду по списку плохишей.
— Как же ты меня раздражаешь.
— Спасибо за комплимент.
— Сделай всем одолжение — прикрой фонтан, или я зашью тебе его сам.
— Я люблю тебя, Уэйд Уилсон. Мы справимся с этим...
— Ты права. Рак у меня только в печени, лёгких, простате и мозгах. Я прекрасно обойдусь без них.
— Допиндер, сдаётся мне, в твоё такси я сегодня не случайно сел.
— Да, сэр, Вы его вызвали.
— Мистер Уилсон, у вас нашли рак в последней стадии. Что, если я скажу, что мы можем вылечить вас и наделить феноменальными способностями?
— Похоже на рекламу с телемагазина. Такое дешёвенькое: «Слэпшоп» или «ШейкВейт»?
— Любовь — это страшная сила! Найдешь ее, и весь мир зацветет ароматом нарцисса. Так что держаться за нее надо, крепко, и не отпускать. Не повторяй моих ошибок, понял?
— Да.
— Иначе мир зацветет ароматом мамы-Джун после йоги.
— И... как мисс мама-Джун пахнет?
— Как групповуха бомжей в ботинке с сcаниной... Об этом вечер рассказывать могу, но, по сути, погано!
Снизу уже не постучат. В какой бы глубокой жопосрани не оказалась жизнь, почти всегда можно вспомнить точный момент, где она в эту лютую срань повернула.
Я живу в наркопритоне. С семьей из 12 человек. Холодными ночами мы бьемся за место под боком Ноэль — она самая жирная. У нас все общее. Место на полу, зубная нить... даже презики.
Сегодня меня выпроводили из одного храма. Только потому, что на мне было платье без рукавов. Видите ли, Всевышний разгневается, увидев мои руки. А между прочим, ведь он сам их и создал.
— Вы почему не в русских народных костюмах?
— Почему это не в народных? Сейчас так весь народ ходит.
Cлайд с цитатой