Обычно подсудимый считается виновным до тех пор, пока он не докажет свою влиятельность.
Людей кто-то гипнотизирует. Меняет их ощущения, представления. Но они не знают, кто...
Обычно подсудимый считается виновным до тех пор, пока он не докажет свою влиятельность.
Людей кто-то гипнотизирует. Меняет их ощущения, представления. Но они не знают, кто...
Все-таки есть что-то в шарлатанских теориях о влиянии имени на характер человека. Всякие Андреи-Александры-Сергеи или Лены-Маши-Наташи могут быть кем угодно. А чуть-чуть в сторону от вечно популярных имен – и они начинают влиять.
Вот с именем Клава хорошо быть поварихой. Не обязательно толстой, но крепкой. И звать тебя будут лет с двадцати пяти «тетя Клава». Потому что «тетя» и «Клава» неразделимы.
Любое судебное решение имеет смысл только тогда, когда его можно воплотить. Но если мы позволяем кому-то брать на себя наглость судить, разве мы не понимаем, какое будет решение?
Идея судебного процесса заключается в том, что, если заставить двух лжецов разоблачать друг друга, правда выплывет наружу.
— Вот интересно, как должен себя ощущать человек, который должен судить?
— Каждый день, разбирая чужие грехи, вспоминаешь свои.
Когда мы пытаемся повлиять на выборы в других странах, или даже когда мы хотим свергнуть чужое правительство, мы делаем это в интересах граждан этих стран.
Надеяться доказать нашему суду свою невиновность – это, мягко выражаясь, головоломная затея.
Lady justice has been raped,
Truth assasin,
Rolls of red tape seal you lips.
Now you done in
Their money tips her scales again
Make your real.
Just what is truth? I cannot tell,
Cannot feel...