В жестокой гонке машины мнутся как консервы:
Кто будет лучшим, кто будет первым?
Мы так торопимся, что шестьдесят уже не скорость,
И значит чья-то смерть теперь всего лишь новость.
В жестокой гонке машины мнутся как консервы:
Кто будет лучшим, кто будет первым?
Мы так торопимся, что шестьдесят уже не скорость,
И значит чья-то смерть теперь всего лишь новость.
Но если сильно поднажать и постараться,
Я догоню — мы сможем потягаться.
Пахать без сна, без передышки, без обеда
Постой, постой, постой! Куда я еду?
Я не буду больше вам верить.
Я закрою все окна, я закрою все двери.
Люди, вы или стадо, но я ухожу, и просто так надо.
Я любуюсь этим миром,
Он всё прекрасней с каждым днём.
Если б можно было выбрать,
Я хотел бы жить лишь в нём.
Отпусти и успокойся,
Не терзай себя напрасно.
Если все вокруг согласны,
Значит, жизнь у нас прекрасна.
Не спеши точить ножи,
Скажи зачем тебе война.
Твоя жизнь — не только злость,
Вся твоя злость — всего лишь сатана.
Ночь камасутры и дикое утро,
Дикое утро, хмурое утро.
За полчаса сна я отдал бы слона,
Пусть мне приснится полёт из окна.
Автобус пыльный крутит мили,
Пыль и жара меня чуть не убили,
А мне бы свободу и два колеса:
Два колеса и чудеса!
Но радио харкает в меня злой песней,
О том, что ты не будешь моей невестой.
У меня для радио пара слов:
«Заткнись, сука! Fuck & off!»
Я брожу по комнате от стены до стены и ругаюсь на тебя,
Хоть твоей нет вины в том, что я боюсь уснуть и упасть в перину грез,
Я ругаюсь на тебя, но это все не всерьез…
Я не хочу увидеть сны, не нужно больше красоты…