— Кто разрешил тебе ездить по моему газону?
— Я хотел бы пойти по нему.
— Кто разрешил тебе ездить по моему газону?
— Я хотел бы пойти по нему.
Аннабет схватила его за запястье и перекинула через плечо. Он упал на каменную мостовую. Римляне закричали. Некоторые подались вперед, но Рейна крикнула: «Стоп! Отбой!»
Аннабет придавила коленом грудь Перси, а предплечьем сжала его горло. Её не волновало, что подумают Римляне. В её груди пылал раскаленный кусок гнева — смесь тревоги и горечи, которые поселили в ней еще с прошлой осени.
— Если ты еще раз оставишь меня, — сказала она, её глаза горели яростью. — Клянусь богами...
Перс издал нервный смешок. Неожиданно весь комок гневных эмоций растаял внутри Аннабет.
— Считай, что я предупрежден, — сказал Перси. — Я тоже по тебе скучал.
Не переживай, моя система защиты хорошо работает: 0 опасности, максимум безопасности. Будь уверен
Мои девять жизней сядут рядком
И будут толковать про любовь и про зло,
А десятая пойдет и сделает чай,
Чтобы этим девяти стало тепло.
Счастье в личной жизни ещё будет, обязательно будет! Ну, а пока, можно просто помечтать о нем.
— ... Они думают, что тебя убили. Пусть думают! А ты будешь здесь — как «Ленин в шалаше» — в полной безопасности!
— Очень интересно! А как же моя работа?!
— Твоя работа, дорогая, теперь быть Крупской: чистить картошку, жарить котлеты!
— Этому нельзя попадать в прессу. Я бы хотел, чтобы это было так.
— Бретт, ты можешь нам доверять.
— Мы юристы.
Вы ошибаетесь, если думаете, что радость жизни заключается лишь во взаимоотношениях. Смотрите сколько всего дал нам Господь — радость во всём, в любом новом опыте. Людям просто нужно взглянуть на этот мир иначе.