Можно быть рабом, но мыслить как царь!
— Нет, милый Тиссаферн. Ты бы сжег из-за меня пару-другую домов, но не пошел бы ради меня на смерть.
— Конечно, нет! Нельзя любить женщину и стремиться сделать ее вдовой.
Можно быть рабом, но мыслить как царь!
— Нет, милый Тиссаферн. Ты бы сжег из-за меня пару-другую домов, но не пошел бы ради меня на смерть.
— Конечно, нет! Нельзя любить женщину и стремиться сделать ее вдовой.
— Нет, милый Тиссаферн. Ты бы сжег из-за меня пару-другую домов, но не пошел бы ради меня на смерть.
— Конечно, нет! Нельзя любить женщину и стремиться сделать ее вдовой.
— Ты лжешь, негодяй!
— Конечно, лгу, но ведь именно это ты хотела услышать? Во имя любви к тебе я сжег храм?
Можно перепутать авторство, когда мысль великая, зато навсегда запомнишь имя авторитетной глупости, произнесенной с серьезным видом.
Надо следовать Ликургу, который сказал: если власть — служение народу, то прекрасно все — и жизнь, и смерть, и слава, и позор, когда они полезны государству. Надо принять эту судьбу, ибо она именно такова по своей природе и другой быть не может. Но она никогда не сбрасывает со счетов дела и мысли человека.
Приходя ко мне, мысли надолго не задерживаются, так что не вполне понятно, могу ли я считать их своими.
Где-то внутри меня целое море спящей энергии. Чтобы достать её, нужно обновиться, сбросить кожу, словно змея. Уже сейчас я не очень представляю, кто я, где пролегают границы моей личности. Наверное, это к лучшему.