Мне кажется, тебе нужно выдавать зарплату сразу бухлом, куревом, шмотками и наркотой. Да, и еще купонами на обеды в рестора.
Нет, тебе не нужно их сочувствие. Всё, что тебе нужно – это упоминание его имени. В общем, пускай они говорят, что угодно, лишь бы о нём.
Миром давно уже не правит капитал. Лицемерие и ханжество – вот истинные короли мира.
В конечном счете, не всё ли равно от чего сдохнут мои друзья? От передоза, цирроза печени, автокатастрофы или драки в ресторане? На то они и друзья, чтобы не думать о них ничего плохого.
— Антон, ты не боишься того, что этот проект будет последним для нас?
— Нет, а ты? — я закуриваю, — боишься?
— Боюсь, — честно отвечает он, — не так сильно, как испугался бы год назад, но боюсь.
— Не бойся, — усмехаюсь я, — в крайнем случае, тайгу посмотрим. Говорят, там места красивые. Ты был в тайге?
— Не-а, — Вадим сплёвывает через плечо.
— Понимая, что вы человек занятой, Антон, постараюсь сразу к делу.
Да уж, давно пора.
— Что вы, Аркадий Яковлевич, я никуда не тороплюсь! — Я скорчил извиняющуюся рожу, посылая ясный сигнал, что ещё час назад должен был быть в другом месте.
Я сижу, скрючившись в три погибели, на заднем сиденье – месте для собак и ничтожеств.
На самом деле, у наших родителей было время, может быть, скучное, может быть, какое-то однообразное, но у нас сейчас нервное время. Потому что сейчас люди всерьёз говорят о каких-то своих психических проблемах. Куча у всех каких-то психологических проблем, панических атак. Сейчас даже немножко модно быть с «фишечкой» чуть-чуть. Типа: «Это не заболевание, а такая особенность. У меня биполярное расстройство личности». У меня не чердак свистит, это я просто песни грустные пишу, что-то типа Земфиры. Художница я».
Cлайд с цитатой