— Проклятье испарилось, когда Хлоя полюбила меня.
— Да, видишь ли, не думаю, что произошло именно это. Ты был готов пожертвовать тем, чем хочешь, чтобы защитить другого. Впервые за всю свою жалкую жизнь, Каин, ты был самоотвержен. И, может быть, где-то в глубине души ты почувствовал, что наконец заслуживаешь смертности, которую так сильно хотел получить. Это ты полюбил детектива, а не наоборот. Она тебя никогда не любила.
— Я хочу умереть. Я тысячи лет брожу по земле, я видел и делал все, что только возможно. Смотрел как все, что только мне известно обращается в прах. Снова и снова.
— Прямо, как будто...
— В аду? Да. Я ищу выход целую вечность...
— Покеда, Люцифер.
— Нет, я не понимаю, почему не сработало?
— Зря я полагал, что ты сможешь что-нибудь придумать.
— Ну, хорошая новость в том, что у нас есть целая вечность!
— Для меня это новости плохие.
— Ты решил убить моего брата?! Но зачем?
— Господь снял с меня клеймо. Я подумал, что убью его любимого сына и печать вернется.
— Неужели? Знаешь, когда я оказался в аду, я провел восстание против дорогого папаши. Но ничего не вышло. Меня все возненавидели. Позже я осознал, что я и сам себя возненавидел. Чувствовал себя чудовищем. А потом, когда я посмотрел в зеркало, я увидел в нем дьявольский лик.
— Наказание твоего Отца?
— И я так думал, но поговорив сегодня с водителем-убийцей, я понял, что чувствовал себя чудовищем прежде, чем им стал. Думаю, я сам себя наградил этим ликом.
— Скажи мне, ты реально веришь в теорию Аменадиля? А как же твои крылья?
— Ну, я же спас маму и решил рассказать детективу правду. Я чувствую себя так хорошо как, наверное, никогда. Наверное, до такой степени, что перестал ощущать себя чудовищем.
— Боже, в «КДВ» это было намного проще.
— «КДВ»?
— Мое исследование. И фильм. Кстати, там Хэнкс национальное достояние. И фильм, хотя Том Хэнкс круче.
— Твое исследование — это посмотреть «Код Да Винчи»?
— И продолжение.
— Вот он бы не выбросил луковую шелуху в измельчитель.
— И почему же это такое преступление? Это мусор!
— Это компост!
— Знаешь, что? Слава Богу, что этому браку конец.
— Ребята, Брайан не убийца, но вы не раскрыты, так что у меня новый план. Ну что, голубки, готовы вернуться в пригород?
— Ты же сейчас должен пить чай с Гитлером?!
— Смена планов — я больше не хочу умирать.
— Твоя потасовка с проповедником попала в новости.
— Ах это… Это было пять катастроф назад.
— Если хочешь поговорить, я всегда рядом.
— Такое я с тобой обсуждать не стану.
— Меня ничем не испугать. Я даже тебя голым видела.
— Это куда хуже. Спасён Кретином.
— Я знаю, почему ненавижу себя — я порчу все, за что берусь. Начиная с восстания против Отца, а теперь смотри, что я сотворил с тобой. Я ненавижу, что я отрава для всех, кто смеет дорожить мной. Особенно для тебя.
— Я значения не имею, главное ты. Не дам использовать меня как оправдание, чтобы не разбираться с причинами. Ты ненавидишь, когда тебя винят в грехах человечества: «Это дьявол меня заставил». Я знаю, почему так. Глубоко внутри ты точно также винишь себя, если не больше. Хватит брать ответственность за то, чем ты не управляешь. Люцифер, ты должен простить себя.
Cлайд с цитатой