Эмиль Мишель Чоран (Сьоран)

Другие цитаты по теме

Если у нас будет роман, ты не должен смотреть на меня днём. И мы всегда расстаёмся перед рассветом. И никогда не признаёмся в любви. Таковы правила.

С тех пор, как мы признались, что любим друг друга, ты постоянно спрашиваешь себя, — почему я не решаюсь прибавить «навеки». Почему? Потому что я угадываю будущее и потому что вообще склонен к антитезам. Всегда, когда я вижу ребенка, то думаю о том, что он состарится; когда я вижу колыбель, то вспоминаю о могиле. Когда я смотрю на женщину, мне представляется ее старческие мощи. Радостные картины наводят на меня грусть, а грустные мало меня трогают... Я слишком много страдаю в глубине души, чтобы еще проливать слезы; прочитанное волнует меня сильнее, чем действительные страдания.

Ты вдруг шепнёшь мне трепетное слово,

Которое лишь мне, быть может, ново,

Но прежде было сказано не мне.

Люблю тебя и в сложных временах -

И в будущем, и в прошлом настоящем!..

Познание самого себя всегда обходится слишком дорого, как, впрочем, и познание вообще. Когда человек доберётся до глубин, ему не захочется жить. В объяснённом мире ничто не может иметь смысла, кроме самого ничто. Предмет, который досконально осмотрели, лишается своей ценности. После этого ему лучше исчезнуть.

Это хорошие, правильные слова. Но беда в том, что никто в этой сказке не говорит друг другу «Я люблю тебя». Никто.

I'm humble because I know

What it feels like to be at the bottom

And have nobody, no friends, no nothing,

Nobody believing in me, now look at me.

I was down on the ground with nobody,

Some in my town said my sound was a hobby

Now that I'm crowned they're astounded and howling,

They try and come around that now I'm somebody.

Она ждала признания в любви, которое всегда так сильно и приятно волнует сердца молодых девушек, всё равно, отвечает ли их сердце взаимностью на признание или нет.

Откровенно признаться в трусости может лишь тот, кто обычно страха не знает. У человека боязливого, не уверенного в себе недостанет мужества так чудовищно обнажиться, показать всему свету — и самому себе — главное свойство своей натуры.

— А мне кажется, надо сказать родителям.

— Темплтон, при всем желании, мы не можем этого сделать. Я не рассказывал, откуда у нас такая секретность? Пару лет назад компания провела в Питтсбурге эксперимент: посвятила одну пару в деятельность Baby Corp. От этого их мозги лопнули, как резинка в дешевом подгузнике для плавания.

— Бедняги!

— Нет, мы их пристроили. На госслужбе мозги не нужны.