Тени прошлых веков,
В пыльном зеркале лик, твой заклятый двойник,
Ледяною стрелой, твоё сердце пронзил.
Он тебя не простил...
Когда последний луч
Растает над землёй,
Глаза свои открой.
Тени прошлых веков,
В пыльном зеркале лик, твой заклятый двойник,
Ледяною стрелой, твоё сердце пронзил.
Он тебя не простил...
Когда последний луч
Растает над землёй,
Глаза свои открой.
Отвори эту дверь,
Ведь за ней пустота, ты об этом мечтал.
Ты себя поместил в нарисованный мир,
Но художник устал.
Когда последний луч,
Растает над землёй,
Глаза свои открой.
Et montant au soleil, en son vivant foyer
Nos deux esprits iront se fondre et se noyer
Dans la félicité des flammes éternelles;
Cependant que sacrant le poète et l’ami,
La Gloire nous fera vivre à jamais parmi
Les Ombres que la Lyre a faites fraternelles.
— Ты веришь в призраков?
— Почему ты меня спрашиваешь?
— Не знаю. Не всему же быть дерьмом, правда? Должно быть лучшее место, где-то. По крайней мере, для таких, как ты.
— Но не для тебя?
— С тех пор, как ты сюда переехала, это и есть лучшее место.
Ты будешь жить на свете десять раз,
Десятикратно в детях повторенный,
И вправе будешь в свой последний час
Торжествовать над смертью покоренной.
За тонким полотном все просто и понятно,
земное мастерство там явно не в чести -
от самых громких слов там остаются пятна,
от самых тихих слез там небеса чисты.
За тонким полотном мы все как на ладони...
... я могла поклясться, что он считает меня полностью и окончательно рехнувшейся, потому как я сообщила ему, что верю в ад, а также и в то, что некоторые люди, и я в том числе, обречены пребывать в аду еще при жизни и это ниспослано им в наказание за то, что они не верят в загробную жизнь, а если не веришь в загробную жизнь, то она и не ждет тебя после смерти. Каждому, так сказать, по вере его.
Всё, что любил, но не ценил,
Потерял я вмиг,
И навсегда Всадник Из Льда
Позабыл твой лик.