Мы не сумеем сделать больше, чем в состоянии сделать. Но давайте постараемся все, чтобы того, что мы сделать не сможем, было по возможности меньше.
— Песню, как говаривает один мой знакомый, не задушишь, не убьешь...
— Песню — да. Но песенника — вполне.
Ты женщина, о которой мужчина может только мечтать. Я виноват лишь в том, что мечтать не способен.
Вчера вечером я мечтал о спасении мира. Сегодня утром – о спасении человечества. Ну что ж, приходится соизмерять силы с намерениями. И спасать то, что можно.
— (...) Пророчество Итлины. Знаменитый Час Белого Хлада и Век Волчьей Пурги. Мир, умирающий среди снегов и льдов, чтобы, как гласит пророчество, через много веков возродиться вновь. Чище и лучше.
— В то, — сухо сказала Нимуэ, — что мир возродится, я глубоко верю. В то, что будет лучше, — не очень.
Когда тебя собираются вешать, попроси стакан воды. Никогда не известно, что может произойти, пока его принесут.
Разбитое сердце хоть и болит долго, гораздо дольше, чем сломанная рука, но срастается гораздо, гораздо быстрее.
... Такая точка зрения есть не что иное, как удобный фатализм, дифирамбы отупению и гнусности...
Я рыцарь странствующий, но не странный. Во всяком случае, не настолько странный, чтобы оказаться сумасшедшим.
Мы умеем вызывать градобой, но не умеем отгонять смерть. Хотя, казалось бы, второе сделать легче.
Cлайд с цитатой