Мои волосы вас беспокоят – я дам им еще расти. Мои действия, мое поведение вас беспокоят – я буду еще больше усиливать их. И, наконец, под вашим сарказмом и усмешками, я останусь невозмутимым. Перед вами я буду, наконец, тем, кем являюсь. Несмотря на отвращение, на стыд. Несмотря на все это, вы будете любить меня. Ибо я буду тем, кем на самом деле являюсь…
Ибо я благодарен матери и отцу не только за то, что они дали мне жизнь, но также и за то, что им не удалось воспитать своё дитя рабом. Они старались как могли — хотя бы для того, чтобы защитить меня от социальной реальности, в которой я был рождён, — превратить меня в послушного, лояльного члена общества.
Тысячи людей умирают каждый день, но положи труп посередине улицы, так все начинают сходить сума.
Я устал и бороться, и жить, и страдать,
Как затравленный волк от тоски пропадать.
Не изменят ли старые ноги,
Донесут ли живым до берлоги?
Мне бы в яму теперь завалиться и спать.
А тут эти своры… Рога на лугу.
Истерзан и зол, я по кочкам бегу.
Далеко от людей схоронил я жильё,
Но у этих собак золотое чутьё,
У Завистливой, Злой да Богатой.
И в тёмных стенах каземата
Длится месяцы, годы томленье моё.
На ужин-то ужас, беда на обед,
Постель-то на камне, а отдыха нет.
— Он думает, что я опасен.
— А что делает вас опасным?
— Будем откровенны. Каждый опасен, не так ли? Мы все соблюдаем правила приличия, но стабильность нас раздражает. Зверь, запертый внутри, становится всё злее и злее.
Выпячивая страдания одной жертвы, мы забываем о страданиях масс. Приписывая вину одному злодею, мы отрицаем вину общества.
Каждый хочет быть богатым и красивым, но по-настоящему богатым и красивым приходится притворяться, что они такие же, как все.
Cлайд с цитатой