Отцы. Матери. С их любвью, вниманием и заботой. Хрен дождешься от них понимания и сочувствия.
Когда конец был уже близок, меня заботило только одно – быть рядом с мамой. А единственное, что, похоже, беспокоило отца, – это починить её часы.
Отцы. Матери. С их любвью, вниманием и заботой. Хрен дождешься от них понимания и сочувствия.
Когда конец был уже близок, меня заботило только одно – быть рядом с мамой. А единственное, что, похоже, беспокоило отца, – это починить её часы.
Не все измеряется деньгами. Делать добро — это свести тех, кому есть дать, с теми, кто в этом нуждается. А ещё просто поговорить субботним вечером, за чаем, с другим человеком обо всем, что его волнует, независимо от того, сколько ему лет — семь или семьдесят. Иногда кому-то нужно всего лишь узнать, что бывает другая точка зрения и другой мир, и понять, что всё в его руках. А кому-то достаточно сочувствия и понимания.
Отцы лгут, уверяя, будто делают карьеру ради своих сыновей. Им стыдно признаться, что они ее делают для своих мам.
Не обязательно ссать на столб. Есть миллион других способов, чтобы пометить «свою» территорию.
Первая женщина у мужчины, которую он любил и будем любить всегда — мама, а первый мужчина у женщины, которого она любила и всегда будет любить — папа.
Он не хотел слышать, что другие скажут о труде его матери. Что, мол, она плохо вышивает. Что у нее нет таланта. Говорят: он носит сердце на рукаве. А мать Рента пришила ему на рукав свое собственное.