— А вы не робкого десятка. Встретить какого-то типа на улице и привести его в дом — решится не всякая.
— Я встретила не типа, а очаровательного мужчину, который любезно мне помог сменить колесо. Ну, а если вы хотите меня изнасиловать на рояле, то в этом мире вообще никому нельзя доверять.
— Ну, а вы, месье? Когда вы не заняты тем, что сбиваете автомобилисток с пути истинного, во что вы играете?
— Я играю в гангстеров и полицию — то за одних, то за других.
— Я писательница — Эдмонда Пюже-Ростан, не читал?
— Я читаю только криминальную хронику. Шучу, у тебя есть довольно интересные вещи об одиночестве. Об одиночестве и возрасте. Словом, о том, о чем ты, наверняка, не знаешь. И наоборот, у тебя нет ни слова о любви, о которой ты могла бы многое рассказать.
Ведь я убиваю людей, а это лучше делать под псевдонимом, чтоб не бросать тень на родственников.
— И где у вас доказательства, что вы именно тот, за кого себя выдаете?
— [показывает пистолет под курткой] Вот этого вам достаточно?
— О, вполне!
А ты посмотри, что творится вокруг — гангстеров хватают, судят, наказывают, а преступность растет. А скажи мне, почему? Да потому, что сажают не тех, кого нужно — всякую шушару, мелких воришек, а акулы чуть ли не командуют нами. Вот что, господин главный комиссар — яблоко точит червь и порошками тут не поможешь. Надо его убить.
— Браво, месье Гостинелли, вы уже забыли включить мигалку. Если пойдет так дальше — вы никогда не получите права. О, сигналы в городе запрещены. А еще хуже то, что вы значительно превышаете скорость.
— Нет, вы видели, как он водит? Раздаете права неизвестно кому!
— Одностороннее движение. Поворота нет. А вот и полиция! Сейчас у вас заберут права, которых вы еще не получили... Экзамен не сдали.
— О, как это я не сдал!
— Вы что-то ищете тут?
— Всего лишь сказочные минуты повседневной жизни.
— О, вот как. Тогда поищите их в другом месте, мы с моей дамой пытаемся танцевать.
— Это вы пытаетесь, а у дамы прекрасно получается. Простите, капитан, дерзкая шутка в ваш адрес. И не последняя, надеюсь.
— Мы плывем на лодке!
— У вас есть лодка? Где вы ее взяли?
— Вообще, это скорее самолет... наполовину... Мы на самолодке.
Мы можем все, — но, по горемычной истории последних четырех поколений, не от хорошей жизни. А хорошая жизнь «за широкой спиной» (она же «каменная стена»), в которой женщины мира уже увидели тупик, ловушку, — нам еще только снится.
... И в этом сне нам не надо вставать на унылую работу в промозглых зимних потемках, мы избавлены от вечной спешки и недосыпа, наконец-то чувствуем себя защищенными, наконец-то можем наиграться в куклы-кухни-цацки-фантики... Отдать ненужную силу, сжечь лягушачью шкурку своими руками, и пусть все неприятные отношения с суровым и непредсказуемым миром возьмет на себя Он! Во сне мы не задаемся вопросом, зачем это Ему нужно и какова может оказаться цена. Разве мы, такие хорошие, не заслужили? Разве мы не старались?..
... Некоторые, впрочем, уже проснулись, и пробуждение было ужасно. И что же? Сплошь и рядом находится простой ответ: это Он был не тот, кому бы снова вручить свой хрустальный башмачок, где же Принц? Ох, как грустно видеть прекрасных, умных и талантливых, радостно готовых наступить на те же самые грабли, которые уже разбили не одну тысячу женских лбов по обе стороны Атлантики!
— Да она же всю жизнь из этой деревушки носу не высовывала! Многовато на себя берет! Что она может знать о жизни?
Я кротко возразил, что если мисс Марпл практически ничего не знает о Жизни с большой буквы, то о жизни в Сент-Мэри-Мид она знает все досконально.
Cлайд с цитатой