Пять минут,
Их не купить, не вернуть.
Пять минут,
Их не купить, не вернуть.
Не все поймут, не все найдут в тебе себя.
Придут однажды, уйдут навсегда.
Не все оценят твой талант и характерный почерк,
И ты останешься для них так, одним из прочих.
Вчера нормально было, завтра значит подождёт,
Перезвонит позже, если нужен значит наберёт,
Поздно вернулся, это значит кто то поздно ждёт,
Значит есть к кому вернуться, значит это хорошо.
Когда ты закрываешь глаза — знай, я рядом
Я рядом всегда с тобой если тебе надо
Смотри, капля дождя стекает как слеза
Родная, так плачет весна
Однажды время мимоходом отличный мне дало совет
(Ведь время, если поразмыслить, умней, чем весь ученый свет)
«О Рудаки, – оно сказало, – не зарься на чужое счастье.
Твоя судьба не из завидных, но и такой у многих нет».
Времени не хватает!
Это первое. Для труса время будет трусливым, для героя — героическим. Для шлюхи время — очередной обман. Если ты добрый, то и время твое доброе. Если ты торопишься, то время летит. Время — слуга, если ты его хозяин. Время твой Бог, если ты его собака. Мы создатели времени, жертвы времени и убийцы времени. Время безвременно. Это второе.
А ты, Кассиэль, часы!
Я знаю, что лучшее место — моё, и лучшее
время — моё, еще никто не измерил
меня и никогда не измерит.
Но каждого из вас, мужчин и женщин, я возвожу на вершину горы,
Левой рукой я обнимаю ваш стан,
А правой указываю на окрестные дали и на большую дорогу.
Ни я, ни кто другой не может пройти эту дорогу за вас,
Вы должны пройти её сами.
Время течёт в нас, как струйка песка в песочных часах. И мы не ощущаем его, особенно в важнейшие минуты нашей жизни.
Он опаздывал потому, что ему страшно нравился двадцатый век. Он был намного лучше века семнадцатого, и неизмеримо лучше четырнадцатого. Чем хорошо Время, любил говорить Кроули, так это тем, что оно медленно, но неуклонно уносит его все дальше и дальше от четырнадцатого века, самого наискучнейшего столетия во всей истории Божьего, извините за выражение, мира.