... людьми нас делают недостатки и слабости. Накопленные за жизнь морщинки – лучшие рассказчики нашей жизни.
0.00
... основная проблема нынешних полицейских: большую часть времени ты мыслишь, как адвокат, а не как детектив.
Джеймс Кэрол. Сломанные куклы
Другие цитаты по теме
Cлайд с цитатойЕсть прямая зависимость между количеством опыта и скоростью, с которой ты можешь оправиться от ужаса. Чем больше ты уже повидал, тем быстрее стряхиваешь с себя вновь увиденное. Темлптон потребовалась большая часть пути в «Анжелику», чтобы восстановить равновесие, а я пришел в себя, как только мы вышли из лаборатории.
... ты постоянно ездишь в метро, каждый день. Ты там чувствуешь себя как рыба в воде, а хорошо знакомые места дают нам иллюзию безопасности.
У него машины, на которых он не ездит, самолет, на котором не летает, и дом, в котором он не живет. Почему он выбрал такой стиль жизни? Потому что он коллекционер, а любой коллекционер стремится обладать вожделенной вещью.
... Часть нашего мозга, которая спасала жизнь еще нашим первобытным предкам, до сих пор предостерегает нас от опасности. И, несмотря на то, что мы уже много веков не слушаем свой внутренний голос, он до сих пор достаточно силен и влияет на наше восприятие без участия нашего осознания.
Он не допускал лишних трат и жестко контролировал все расходы, поэтому и мог позволить себе «ролекс».
... Часть нашего мозга, которая спасала жизнь еще нашим первобытным предкам, до сих пор предостерегает нас от опасности. И, несмотря на то, что мы уже много веков не слушаем свой внутренний голос, он до сих пор достаточно силен и влияет на наше восприятие без участия нашего осознания.
Он не допускал лишних трат и жестко контролировал все расходы, поэтому и мог позволить себе «ролекс».
Мне было совершенно все равно, что обо мне думают другие люди. Это один из очень немногочисленных плюсов того, что мой отец — серийный убийца. Если бы я позволял чужому мнению влиять на мое состояние, меня бы уже давно не было на этом свете, со мной бы случилось то же самое, что и с моей матерью. Она умерла три с половиной года назад — затравленная женщина, так и не успевшая вздохнуть с облегчением от новости о смерти человека, которого она звала мужем столько лет. Она спилась, медленно-медленно убивая себя.