Александр Глебович Невзоров

Что такое духовность? Это газ, который выделяют попы из разных бородатых отверстий и тот, кто надышался этим газом идет громить выставки, бить бедных девчонок древком хоругви по голове, идет увечить сочинения Пушкина, идет уничтожать детский садик, чтобы сделать там свою коммерческую точку по торговле благодатью... вот что такое духовность, братцы мои...

7.00

Другие цитаты по теме

... Атеизм – сложная штука. В отличие от веры – это работа. Поскольку вы становитесь атеистом под воздействием естественнонаучных знаний, под воздействием образования, той работы, которую вы проделываете внутри себя. А вера – это готовые клише, она гораздо проще, и ее выбирают многие именно в силу этой простоты. Но не думаю, что верующих на самом деле много. Весь этот фанатизм изображают, как правило, такие не вполне состоявшиеся артистки, которых перестают брать в эпизоды, и тогда они уходят в монастыри и по телевизору поднимают громкий вой о вере и православии.

Кого с кем религия может объединить? Она может только расколоть и так уже истерзанное общество. В стране живут много миллионов атеистов. Всякая религия разъединяет. Пусть верят во все, что угодно, хоть в совокупляющиеся светофоры, но они ведь хотят, чтобы мы их содержали! Представьте – уклонение от уплаты налогов по причине близости к сверхъестественному существу. Они не хотят платить налоги с прибыли, с недвижимости, со своих торговых точек, где производится продажа религиозно-магических услуг.

Что такое духовность? Это газ, который выделяют попы из разных бородатых отверстий и тот, кто надышался этим газом идет громить выставки, бить бедных девчонок древком хоругви по голове, идет увечить сочинения Пушкина, идет уничтожать детский садик, чтобы сделать там свою коммерческую точку по торговле благодатью... вот что такое духовность, братцы мои...

Есть люди, у которых есть устойчивое хобби или не очень устойчивое, я имею в виду верующих. Православие – это тот же вид хобби. Но ничем принципиально от любого другого хобби это не отличается. Могут быть какие-то кактусоводы, фелинологи, люди, которые умеют вышивать бисером. Но чем отличается религия от кактусоводов и фелинологов? Религия стремится всех, кто не разделяет ее взглядов на реальность, всех этих людей объявить неполноценными, неправильными, больными, заблуждающимися, убогими и так далее, так далее.

БОГ – личностная ипостась Абсолютной Идеи – Логоса. Это словесный знак, обозначающий все личностные персонализации Божества – высшей трансцендентной сущности.

*

Любой онтологический пасьянс ещё без Бога не слагался.

*

Бог-Отец – Разум, Бог-Сын – менеджер вселенных, Дух – энергетическая эманация Разума.

*

Здание построить себя не может, т. к. чудес не бывает. Другое дело – мироздание. Следовательно, Бога нет, но есть идиотизм атеизма.

Бога отрицают или потому, что мир так плох, или потому, что мир так хорош.

Религиозные люди любят обращать внимание на то, что Исаак Ньютон был верующим. Ну конечно был – он же жил до Дарвина. До Дарвина быть атеистом было, наверно, не так-то просто.

— Пожалуй, я ограничусь тем, что приведу известную цитату, — сказал профессор-атеист. — Религия — это сказка для тех, кто боится темноты.

— В таком случае атеизм — это сказка для тех, кто боится света, — парировал религиозный профессор, говоривший с мягким ирландским акцентом.

Все взгляды устремились на профессора Азура.

— Признаюсь, я очень люблю сказки, — начал он и в глазах его блеснули озорные огоньки. — В сказках герою часто предлагается выбрать один путь из трёх. По-моему, мои уважаемые коллеги сделали неверный выбор. Один из них отрицает возможность веры, другой — возможность сомнения. Оба отказываются понимать, что человеку равно необходимы и вера, и сомнение. Неопределённость, друзья мои, — это великое благо. Мы не должны от него отказываться. И я выбираю третий путь — путь неопределённости.

Чему может доверять слабая китайская девчонка, если нет бога? Деньгам и оружию.

Религия – это главная узда для масс, великое запугивание простаков, это какие-то колоссальных размеров ширмы, которые препятствуют народу ясно видеть, что творится на земле, заставляя поднимать взоры к небесам.