Нельзя недооценивать важность умения слышать.
— Я так больше не выдержу!
— Ну отлично, тебе остается уволиться, сделаться лесбиянкой и зажечь с какой-нибудь моделью.
— А вот это тут вообще причем?
— Не знаю, просто это, по-моему, круто.
Нельзя недооценивать важность умения слышать.
— Я так больше не выдержу!
— Ну отлично, тебе остается уволиться, сделаться лесбиянкой и зажечь с какой-нибудь моделью.
— А вот это тут вообще причем?
— Не знаю, просто это, по-моему, круто.
Славный день на работе. Вы приходите домой, готовите ужин, душите ребенка, включаете телевизор, наливаете стаканчик. Приятно, да? Нет. Не душите детей.
— Так, ладно, меня ждет грыжа.
— Как зовут пациента?
— Его зовут пациент с грыжей, но мы так близки, что я зову его просто грыжа.
— Ну ты-то рад, что мы поговорили?!
— Я сегодня нажрусь бобов в мексиканском ресторане, увидимся в постели, дружочек!
Насколько же требовательным бывает наше эго, иногда оно требует от вас точной информации, что вы сильный или устрашающий. Оно может даже заставить вас бояться попросить помощи, но вместо этого мы просто надеемся, что кто-то заметит это.
— Я видел твой пенис.
— Когда это ты его видел?
— Вчера вечером, когда ты мылся в душе.
— А ты где был?
— За окном, в кустах. Это совпадение, но если бы ты выглянул за окно, ты увидел бы и мой пенис.
— Что?!
— Потому что он у меня торчал, пока я смотрел на твой...
— Хочешь, я тебя угощу обедом?
— Я богат, я сам тебя угощу, и даже куплю тебе золотые зубы, чтобы его пережевать!
— Мне каждую ночь снится один и тот же кошмар, что я умираю и оставляю своих друзей и семью. Ну я ж диабетик, так что, скорей всего я умру раньше него.
— Я тоже на это надеюсь.
— Старик!...
— Я из тебя чучелко сделаю.
— Карла сказала «нет».
— А я и из неё чучелко сделаю.
— Обещаешь?
— Но её я буду держать в чулане.
— Только ей не говори.
— А ей не обязательно знать...