— Как ты думаешь, сможешь снова полюбить женщину?
— Думаю, нет. Я отталкиваю женщин, которых больше всего хочу.
— Как ты думаешь, сможешь снова полюбить женщину?
— Думаю, нет. Я отталкиваю женщин, которых больше всего хочу.
— Я не хотел Вас так сразу ошарашить, только вот «Чего хотят женщины?» А? Я не могу разобраться. То хотят, чтоб их приглашали на свидание, то нет. То хотят, чтобы мы проявляли инициативу, то нет. То хотят снизу, то сверху. То за волосами надо ухаживать, то не надо. Чего же вы хотите, женщины?
— Я скажу, но дайте слово, что этого больше никто не узнает.
— Я клянусь!
— Это тайна, священная!
— Священная тайна!
— Готовы?
— Да!
— Точно?
— Ну вроде как…
— Ладно, слушайте. Мы понятия не имеем, чего хотим…
— Я так и знал… так и знал! Суки!
— Я ненавижу свидания.
— Что за глупости? С тобой в детстве что-то произошло?
— Почему каждый раз, когда женщина отказывается от близости, мужчины думают, что с ней что-то случилось в детстве?.. Ей делают больно, когда она уже женщина.
Если у женщины есть муж, то она обделенная, если муж и любовник, то порядочная, если муж и несколько любовников, то гулящая, а если вообще никого, — покосилась я на подругу, — то дура. Ой, не дерись. Так вот сижу я и думаю, в каком статусе мне было бы уютней.
Мы, мужчины, проще относимся к отношениям. Для нас это как... данность жизни. Мы не можем одни, вот и всё. А женщины, в отличие от нас, масштабно смотрят на всё происходящее, у них уже готова стратегия на годы вперёд.
В жизни женщин наступает период, когда бывшие возвышенные дурехи превращаются в закаленных реалисток. Добро пожаловать на землю! И женщины, как правило, ступают по ней с некогда подбитыми, зажившими, но больше не используемыми крыльями. Поэтому каждая из нас, вне зависимости от опыта и интеллекта, ждет того, с кем захочется снова вспорхнуть, раскрыть карту «мира над головой» и вспомнить местоположение неба №7...
Если женщине нравится общество мужчины, то почему бы ей не взять его за руку и не предложить прогуляться с ней? Но какая бы женщина из тех, кого он знал, смогла бы произнести эти слова? Это была женщина совершенно другого сорта. Эта женщина была свободна!
Женщины гордо величают мужчин «сильными мира сего», даже, несмотря на побеги из ЗАГСА и кресла стоматолога, нервный тик перед потерей свободы и необузданный страх во время рождения первенца.
Если допустить даже, что мужчина и предпочёл бы единственную женщину на всю жизнь, то женщина-то, по всем вероятиям, предпочтёт другого, и так всегда было и есть на свете.