Это был первый глобальный терракт в истории. Они ударили по атомным реакторам на 5 континентах одновременно. И в мгновение погрузили наш мир в хаос. Наше правительство и войска дрогнули, и мы обратились к частной военной кампании под названием «Атлас». Они воевали за нас, перестроили наши города. Мы возложили на них колоссальную ответственность, а с ней пришла и колоссальная власть.
— Атлас. Уилл, это не твоего отца компания?
— Да.
— У них лучшее снаряжение, платят отлично, почему ты сам не завербовался?
— Я хотел служить своей стране, а не своему папе.
Мы приходим в этот мир с закрытыми глазами, и многие всю жизнь так и живут. Мы слепо идём за любым вождем, лишь бы нам дали шанс наполнить свою жизнь смыслом. Для меня это был десант. Полгода назад мы с моим лучшим другом Уиллом стали солдатами. Мы оказались на другом конце света, в Южной Корее. Братья по оружию... Нам часто приходилось туго, но я всегда знал, что могу на него расчитывать. Северные корейцы напали на Сеул, мы сумели дать им отпор. Это было не задание, это было посвящение.
Мы были почти у цели. Четыре года на хвосте у Аида, и мы взяли его помощника. Доктор был ключом ко всему... Илона была одна такая. Раньше в Спецназе, теперь в Атласе. Могла стать тебе другом... или ужасным кошмаром. Угадать было нельзя. Но раз уж ты попал на крючок, всё было кончено.
Я много раз обманывал смерть. Был на волосок от неё. Ничего приятного. Но в этот миг, внезапно, наступает такой покой, такая яркость. Ты видишь в происходящем и неизбежном результат каждого сделанного тобой шага. И в тоже время ты видишь перед собой другой путь, — тот, который ты мог выбрать, делая первый шаг. Сейчас мы все идём одной дорогой. Хорошие люди бьются за злое дело, а злодеи рядятся в одежды добродетелей. Каждый из них уверен, что ангелы на его стороне. Но любой путь кончается, а смерть нельзя обманывать вечно. Мы вложили всё, что у нас было в «Атлас», и остались ни с чем. Пришло время расплаты.
После Сан-Франциско весь свободный мир обратился против Атласа. Айронс окопался в своей штаб-квартире в Нью-Багдаде, все контакты прекратились. Обе стороны знали, что теперь будет. Мы должны были пролететь вместе с 37-ым десантным полком в самом начале стадии «Шок и Трепет», затем отделиться, проникнуть в командный центр и убрать Айронса. Для Кормака было именно тем, к чему он шёл. Он ждал этого дня пять лет.
Человеку, который по положению стоит выше других, больше чем кому-либо необходимо научиться терпению и ответственности, он должен уметь прислушиваться к мнению других.
Каждый человек каждодневно, как в делах малых, так и больших, делает выбор между «хочу» и «надо». Тот, кто по лености ли, глупости ли, по каким-либо иным причинам чаще допустимого делает выбор в пользу «хочу», рано или поздно расплачивается за это, и расплачивается жестоко — скудостью, неустроенностью, несчастьями, а порой и смертью. В обычной жизни частенько приходится поступать вопреки своему «хочу», именно — как надо. В том же наставляла и бабка-ворожея, но только она одна не останавливалась в объяснениях на слове «надо», но еще и добавляла: без «хочу» тоже не жизнь. Просто во всем нужна соразмерность, правильное сочетание «хочу» и «надо» — гармония.
Что за идиотская фраза — «Незнание законов не освобождает от ответственности»? Вы серьезно? Законов так много и они так сложны, что, для того чтобы в них разбираться, создали отдельную профессию, на которую еще и учиться надо около пяти лет.
Любовь — это когда выбираешь одного человека и несёшь за него полную ответственность.
Никогда не уходи от ответственности, — сказал он. — Именно так гибли целые цивилизации.
Cлайд с цитатой