Ненависть – это пламя; но пламя нуждается в топливе, а топливо – это как раз Вера, а не наоборот.
Люди куда охотнее разделяют ненависть, чем веру.
Ненависть – это пламя; но пламя нуждается в топливе, а топливо – это как раз Вера, а не наоборот.
Нельзя поддаваться ненависти и желанию отомстить — это черные, отвратительные чувства, они разрушают душу. Злость плохой советчик, потом приходит запоздалое раскаяние. Его непросто разглядеть, но всегда есть светлый путь, в который ты можешь верить.
Когда душа твоя всеми помыслами тянется к тому, за кого болеешь, кому страстно желаешь удачи, — то ему, бьющемуся в тенётах Мрака, становится легче, и отступают сомнения.
— Больше не буду верить тому, что говорит Гин-сан! Теперь вы мне враги! Не верю никому!
— Хорошая позиция. Ты должна больше меня ненавидеть и проклинать! Тогда наберешься сил от ненависти и узнаешь этот гнилой мир.
Они вышли на бой, потому что боги только тогда хоть чего-то стоят, когда отвечают на искреннее моление.
— А что, если человек другой веры не признает твою или даже захочет тебя убить лишь за то, что ты не исповедуешь его веру?
— Тогда дело не в его вере, а в ненависти.
— Рай... Знаешь, если бы это был рай, я был бы, вероятно, счастлив...
— Мне нравится, как тонко ты намекнул на то, что умираешь.
— Я вообще-то не верю в Жемчужные ворота. А что ты думаешь, Дэйви?
— Не знаю. Я хочу во что-нибудь верить. Боже, как я этого хочу.
— Я тебе больше не нравлюсь.
— Я тебя ненавижу, разве это недостаточно страстное чувство?