Не хотел видеть половину из того, что видел.
Я не видел половины из того, что бы хотел увидеть.
Не хотел видеть половину из того, что видел.
Я не видел половины из того, что бы хотел увидеть.
Не хотел видеть половину из того, что видел.
Я не видел половины из того, что бы хотел увидеть.
На улицах, что носят имена советских мумий,
Твой смертельный номер — тут родился, помрачнел и умер.
Рожденные на рубеже двух тысячелетий.
Живущие на рубеже двух тысячелетий.
Погибшие на рубеже двух тысячелетий.
Воскресшие на рубеже двух тысячелетий.
Нам повторяли в детстве: «Не ходи за гаражи, покуда жив -
Там только грязь и конский труп едят бомжи.
Там правит декаданс и вырождение в сети пожив
Ведут свой пьяный рамс». Это портал в рассадник зла и лжи!
Где адский ритуал — горит огнем зловещий гримуар.
И души грешников глотают рты огненных игуан.
Ты потеряешь себя сам в объятиях прожённых путан.
И вот — мы выросли, и как-то все вдруг оказались там.
Агонию этой эпохи увидим в финале,
Как стали золою те вещи,
В которые мы так серьезно играли.
Порой мне кажется, что мы только и делаем, что спускаем людей с небес на землю и рушим их мечты. Это, конечно, правильно, но иногда это ужасно. Для них.
— Прости. Дождь такой сильный. Я тебя плохо слышу.
— Как я и думала, меня становится тяжело услышать.
— Пока говоришь ты, неважно, как медленно ты будешь говорить, я всё равно буду слушать. И если ты захочешь идти, неважно, как медленно, я буду идти с тобой.