Фредерик Бегбедер. Рассказики под экстази

Моя судьба — не площадь Согласия, нет в ней ни света, ни блеска, это для тех, кто поважнее. И пью я, чтобы позабыть, что обо мне позабыли. Живу без всякого смысла.

8.00

Другие цитаты по теме

Я решил больше никогда не быть ни эгоистом, ни романтиком. Уверен, что стану отличным алкоголиком.

Я все меньше и меньше понимал, что вокруг творится. Неужели современное общество превратилось в широкоформатный порнофильм под открытым небом? А может, я просто стал прекрасен собой?

Я напиваюсь от бессилия. Люди входят в мою жизнь и выходят из нее, как из вращающейся двери отеля «Плаза-Атеней».

Я решил больше никогда не быть ни эгоистом, ни романтиком. Уверен, что стану отличным алкоголиком.

Мне не нравится пьянство по вторникам, каждый вторник, как битва за Францию,

Ну и я такой – в чине полковника, взял вокзал, телефонную станцию.

Мне не нравится утро по вторникам и мечты и надежды на новое...

Пока я пойму, о чем ты спрашиваешь, будет уже поздно отвечать.

Вот, значит, как у нас с тобой всё кончилось. А я только-только начал тебя любить.

Меня бесит мысль, что в один прекрасный день я исчезну — не на неделю или две, не на четыре года или четыреста лет, — меня вообще больше уже не будет никогда, навеки.

Я чувствую себя жертвой фокуса или обмана, сперва кто-то приходит и говорит: «Милости просим, вот тебе в распоряжение весь мир. Здесь твои погремушки, твоя железная дорога, школа, в которую ты пойдешь осенью». И вдруг через мгновение раздается смех: «Ха-ха-ха! Ловко мы тебя провели!» И мир вырывают у тебя из рук.

У меня такое чувство, будто все меня предали. Мне не за что ухватиться. Спасения нет.

Я теряю не только мир, не только всё и всех, кого я люблю. Я теряю самого себя.

Раз-два-три, и меня нет!

В детстве мне мстилось — у каждого есть Тот, кого он всегда ждёт. Потом подросла, поняла: не у каждого, лишь у немногих. Спроси семерых, шестеро брови сведут — что ещё за диво неслыханное? Моё вешнее солнце было бы им огоньком на болоте, ведущим в трясину с проторённой, надёжной тропы. А мне их ясная жизнь была бы вовсе не жизнью — сном тяжким вроде того, что мучил Злую Берёзу... Не могу лучше сказать.