Я просто беру бейсболку и переворачиваю её. Это как переключатель. Переключил и стал другим человеком. Не знаю, чувствую себя грузовиком. Машиной.
Ты сейчас проиграл, потому что сам себя побил. Потому что дал себя побить.
Я просто беру бейсболку и переворачиваю её. Это как переключатель. Переключил и стал другим человеком. Не знаю, чувствую себя грузовиком. Машиной.
Иди и попробуй. Я знаю, что ты можешь выиграть. Но даже если не выиграешь, что с того? Проиграешь, но проиграешь как победитель, с достоинством. Я тебе говорю, если не пойдёшь туда сейчас, всю жизнь будешь об этом жалеть.
Моя самая сильная мотивация — это преодоление трудностей. Они закаляют меня и дисциплинируют. Преодолевая их каждый раз — появляется сильное желание преодолеть непреодолимое!
Никто в мире не пойдет тебе навстречу. Если тебе что-то нужно — бери сам. Всегда делай только то, что решил сам.
(Мир не даст тебе спуску. Если ты чего-то хочешь, сам приди и возьми).
Просто диву даешься, о чем только не думают люди, пока бегут свои сорок два километра. Такой вот жестокий вид спорта, этот самый марафон: без мантры до финиша не дотянешь.
Когда одна дверь закрывается перед нашим лицом, мы забываем о том, что непременно откроется другая. В другом месте, при других обстоятельствах, но точно откроется. Иногда полезно дойти до последней точки, чтобы заметить новые возможности и наконец отвести взгляд от запертой двери.
Когда Витальке исполнилось 33 года, он понял, что в жизни пора что-то менять… Поменяв двадцать долларов, он на какое-то время успокоился…
— Я, видите ли, человек независимый, — говорил граф Шальве господину с тремя звёздами, над которым он явно подсмеивался. — Почему от меня требуют, чтобы я сегодня думал то же самое, что я думал полтора месяца тому назад? Если бы это было так, моё мнение было бы моим тираном.