По набережной ночью мы идём.
Как хорошо — идём, молчим вдвоём.
И видим Сену, дерево, собор
И облака...
А этот разговор
На завтра мы отложим, на потом,
На после-завтра...
На когда умрём.
Всю ночь напролёт
Посудачить бы по душам
В хижине травяной
С тем, кто сердцем с тобой
И помыслов простых...
Ночь напролет
в моей хижине из травы
согретой хворостом
мы говорили и говорили.
как могу я забыть тот чудесный вечер.
Мы говорили о звездах, как обычно говорят ночью, пока не станет ясно, что ни один из собеседников не понимает в звездах.
Милое дело — ночная дорога. Да со старым другом, да под звёздами, да под хороший разговор.
Он ничего и не говорил ей, потому что нельзя говорить, не думая при этом о предмете разговора.
Разговаривать про разбитое корыто скучно, а главное — бессмысленно. Надо думать о том, как корыто склеить или купить другое.
— Ну что ты как маленькая...
— А чего ты такая сука?
— Где ты научилась таким словам?
— От тебя, дура.
Каждую ночь она засыпает одна. И лежа в кровати, обняв тонкой рукой подушку, она смотрит в окно, за которым падают листья на мокрый асфальт. Они падают бесшумно, но она слышит каждый удар листа о землю. Может быть, это удары её собственного сердца. И листопад превращается в странные, страшные часы, отчитывающее её время, её дыхание, и тьма за окном всё плотнее, и мир всё меньше, он становится крошечным, сжимаясь до размеров зрачка, он становится тесным, душным, а её сердце в нём — огромным, разрывая пространство, достигая мечтами самых дальних миров, оно стучит всё быстрее, всё более жадно глотает чужое тепло, всё отчаяннее ищет кого-то на тонущих в свете фонарей улицах городов, на тёмных тропинках забытых богом лесов, в гулкой пустоте степей и на томных влажных пляжах... А вокруг всё быстрее падают листья, падают стены, падают звёзды, падает небо...
Cлайд с цитатой