— Между нами толстенная стена из кирпичей.
— И каждый кирпич — это месяц, правда?
— Даже один день может быть кирпичом.
— Между нами толстенная стена из кирпичей.
— И каждый кирпич — это месяц, правда?
— Даже один день может быть кирпичом.
Если человека не знаешь, по голосу его возраст угадать трудно. Голоса часто старятся раньше владельцев. Или долго остаются молодыми.
Ты всегда так. Начнешь разбирать книги, зачитаешься через десять минут. И уборке конец.
«Двадцать два часа ровно», — сказала женщина по телефону «сто». Я вдруг подумал, что если ее голос записали давно, десять лет назад, то она набирает номер «сто», когда ей скучно, когда она одна дома, и слушает свой голос, свой молодой голос. А может быть, она умерла. И тогда ее сын или человек, который ее любил, набирает сотню и слушает ее голос.
Для честной любви даже самое маленькое расстояние — слишком большое, но даже самое большое расстояние — преодолимо.
Печальный и в тоже время счастливейший удел человечества в том и состоит, чтобы без конца измерять расстояния от того места, где мы находимся, до того, где мы хотим быть.
Он не очень прислушивался к содержанию её слов, но был готов потушить ради неё вулкан «Ключевская сопка» или даже зажечь что-нибудь совершенно не горючее.
Ты дал мне обещание, и я знаю, ты его сдержишь, но я хочу, чтобы ты пообещал мне еще кое-что: пока мы не вместе, Джон, рассказывай мне все-все, что с тобой происходит. Записывай от руки или на компьютере и отправляй по электронной почте, как угодно, лишь бы я знала о тебе все. Так мы всегда будем рядом, какое бы расстояние нас не разделяло, и тогда я, как прежде, смогу сказать тебе: «До скорой встречи!».
Чувство юмора — пожалуй, самое сложное из чувств. Я глубоко убежден, что существует множество людей, которым оно не свойственно.