Коты – это ценнейший ресурс. Они уют вырабатывают.
Завтрашние проблемы будем решать завтра.
Коты – это ценнейший ресурс. Они уют вырабатывают.
Кстати говоря, как правило, настоящих котов зовут довольно-таки длинно, например: Брысьаттудапоганецэтакий, Мамаподкловаткойстлашилаплячется или Анечегобылоподногилезть.
Больше кота ничему не научишь. Совсем ничему. Те, кто думает иначе, неверно истолковывают кошачьи повадки. Им кажется, что когда наступает время утренней кормежки, коты послушно являются к ним под дверь, потому что их так выдрессировали. С кошачьей же точки зрения, это двуногие бурдюки приучены ровно в десять утра доставать из холодильника жестянку с едой.
Избушки на курьих ножках, где в метель лепят вареники с картошкой и с творогом, вы и не знаете, Нора, что уют – это слово, придуманное в России.
Австрийские горные зимы с имбирным печеньем, лыжней, глинтвейном, это всё – сладко и сказочно, но уют – это баня, белая, добрая Баба Яга над тазиком вареников с творогом и метель, и негромкое, русо-пшенное славянское существо с узловатыми пальчиками, показывающее тебе фотографии с надписями на столбе – «столб», на валенке – «валенок», на картошке – «картоха».
Уют – это слово, изобретенное в русскую зиму русской бабой Ягой, ожидающей молодца с пневмонией, отпаивающей его коктейлями Молотова с солодкой, натирающей медвежьим жиром и поющей длинные, бесконечные песенки про коня.
— Барс, кыш, — тут же шикнула я, спихивая шейри на пол.
Лин, лениво зевнув, так же лениво сполз и обошел по кругу замершего на пороге гостя.
— Есть нельзя — невкусный, — серьезно сказала я, посмеиваясь про себя над непередаваемым выражением лица этого самого «гостя». — Когти точить нельзя — неудобный. Зубы чесать нельзя — хрупкий. И метить нельзя тоже — обидится.
Весь секрет дрессировки кошек заключается в любви к ним. Животные это чувствуют. Я люблю и собак, и кошек, и лошадей. Была бы возможность — слона дома держал.