Чем уродливее жизнь, тем прекрасней должна звучать музыка.
— К сожалению, все в этом мире преходяще.
— Пожалуй, за исключением музыки!
Чем уродливее жизнь, тем прекрасней должна звучать музыка.
– А вкус публики вас не интересует? Вы не боитесь не угодить ей?
– Больше всего я боюсь не угодить самому себе.
Бог наказывает за дурные поступки, не раз говорил Папа, но ведь проклятие (божье) — это совсем другое, что-то вроде глухоты. Страшнее глухоты ничего невозможно себе представить. Мальчик (Вольфганг Моцарт) содрогнулся от ужаса и чуть не заплакал.
По окончании оперы его светлость громко аплодировал. Только Вольфганг не мог понять, радуется ли архиепископ, что опера кончилась, или она ему действительно понравилась.
Бог наказывает за дурные поступки, не раз говорил Папа, но ведь проклятие (божье) — это совсем другое, что-то вроде глухоты. Страшнее глухоты ничего невозможно себе представить. Мальчик (Вольфганг Моцарт) содрогнулся от ужаса и чуть не заплакал.
По окончании оперы его светлость громко аплодировал. Только Вольфганг не мог понять, радуется ли архиепископ, что опера кончилась, или она ему действительно понравилась.
Мы приходим в этот мир не для того, чтобы развлекаться. Не каждому можно подарить свою дружбу, а тем более доверие.