Легко поверить во всякую чушь, если основа твоего счастья — деньги и материальные блага...
Обстоятельства переменчивы, принципы никогда.
Легко поверить во всякую чушь, если основа твоего счастья — деньги и материальные блага...
Хадасса взглянула на работавших вокруг нее матросов и вспомнила слова отца: «Таким же, как они были, был и Петр. И Иаков, и Иоанн. «Сыны Громовы», как называл их Господь. Иногда они проявляли свой языческий характер, а нередко и излишнюю гордость».
Бог избрал именно этих людей, и Хадасса видела в этом надежду для себя. Иисус не избирал тех, кого избирал этот мир. Он избрал обыкновенных людей, со всеми их слабостями, и сделала их великими силой живущего в них Святого Духа.
Сегодняшнее поколение рассматривает детей как финансовое бремя и излишнюю ответственность, которой лучше избежать...
По щекам девушки текли слезы, но ее глаза сияли.
— И в этот момент, Атрет, со мной произошло самое поразительное, самое удивительное. В тот самый момент, когда я провозглашала Иисуса Христом, страх покинул меня. Его тяжесть спала, как будто, его никогда и не было.
— Разве ты никогда раньше не говорила об Иисусе?
— Говорила, но это было среди верующих людей, среди тех, кто любит меня. Там я не подвергала себя никакой опасности, говорила от всей души. Но в тот момент, перед Юлией, перед другими, я полностью подчинилась Божьей воле. Он есть Бог, и нет другого. И не сказать им истину я уже не могла.
— И теперь ты умрешь за это, — мрачно произнес Атрет.
— Если в нас нет того, ради чего стоит умереть, Атрет, то в нас нет и того, ради чего стоит жить...
— Недостаток веры делает людей безумными.
— Недостаток веры? Скорее — недостаток денег.
Хадасса прикоснулась к нему, отвлекая его от мучительных размышлений.
— Не надо ненавидеть Юлию за то, что она натворила, Атрет. Она заблудилась на своих путях.
Если не можешь сказать что-то хорошее, лучше не говори вовсе. Не говори вовсе... Притворись, что тебе не больно. Тем более, если боль причиняет тот, кого ты любишь...