Нет ничего плохого в желании покорить мир, если только для этого не приходится идти по трупам.
— Есть одна особа с даром замораживать воду. Правда, ей уже семьдесят, и она та еще домоседка, но вдруг…
— Лала, не издевайся, — приоткрыв один глаз, мужчина посмотрел на подругу, а та, хихикнув, заявила:
— Даже не думала, дорогой! Ты же сам просил все варианты, вот и…
— Кроме бабушки-рецидивистки из тайного общества «антибайкер» кто-то ещё есть?
Меньше всего в этот вечер я ожидала снова увидеть Илью. Но он в лучших традициях бумеранга прилетел обратно, едва за окном стемнело.
– На что ты согласна, мама? – отложив в сторону медведя, спросил меня сын.
– На то, чтобы пожить в этом чудесном доме, милый. Тебе ведь тут нравится?
– Не особо. – Да здравствует детская непосредственность! И что же делать? – Но если ты хочешь, мы поживем, – успокоил меня самый заботливый мужчина на свете.
Протестная тенденция, которая происходит сейчас во всем мире, мне явно не нравится. Протест не доводил и не доведёт до добра. Это выбивает почву из-под ног любого стабильного государства, каким бы авторитарным или менее авторитарным оно ни было. Это вопрос исторический или национальный, если говорить, к примеру, о ближневосточных странах. В них американская модель демократии не имеет никакой почвы для существования.
Обильные слёзы юности — избыток влаги, переполняющей сердце. Старческие же слёзы — последние капли жизни, падающие из-под век, жалкий остаток сил в немощном теле. Слёзы на глазах молодости подобны каплям росы на лепестках розы. Слёзы на щеке старости напоминают пожелтевшие листья осени, уносимые ветром с приближением зимы жизни.
All the good girls go to Hell
'Cause even God herself has enemies,
And once the water starts to rise,
And Heaven's out of sight,
She'll want the Devil on her team.
My Lucifer is lonely.
О сын мой, ведь ты уже навоевался,
Копье положи как память о прошлом,
Чтобы потомки твои могли смотреть на него.
К деду иди своему, к Ауруиа,
Пусть он древнее знанье тебе передаст,
Чтоб не было войн никогда, ибо воин не может
Остановиться.
Сын мой, стань мудрецом,
Хранителем древних традиций,
И пусть не будет войны.
Дух мира внедри глубоко, и пусть
Время правления твоего
Станет временем прочного мира.
Окружающим легко сказать: «Не принимай близко к сердцу». Откуда им знать, какова глубина твоего сердца? И где для него — близко?
Cлайд с цитатой