Нет такого безнадёжного дела, в котором бы не было хоть искры надежды; пусть она будет слабой и тщетной — воля человека и желание довести дело до конца не дают ей казаться таковой.
Там, где нет воли, нет и пути.
Нет такого безнадёжного дела, в котором бы не было хоть искры надежды; пусть она будет слабой и тщетной — воля человека и желание довести дело до конца не дают ей казаться таковой.
Как голова пропадать будет, так какая ей тогда разница, какая на ней была шапка? А с другой стороны подойти – там, где воля начинается, никакие цвета уже ничего не значат.
Может возникнуть спор, что лучше: чтобы государя любили или чтобы его боялись. Говорят, что лучше всего, когда боятся и любят одновременно; однако любовь плохо уживается со страхом, поэтому, если уж приходится выбирать, то надёжнее выбрать страх.
Воля никак не может быть представляема; или это она, или это другая воля, среднего не бывает. Депутаты народа, следовательно, не являются и не могут являться его представителями. Они лишь его уполномоченные. Как только народ даёт себе Представителей, он более не свободен, его более нет.
— Расскажи нам о любви, — попросили ученики Ходжу Насреддина.
— Любовь — это средство, с помощью которого Бог делает Свою волю понятной людям, — объяснил мудрец.
— Три года. Мы многого добились за столь короткое время.
— И всё это — благодаря сильному лидеру, сэр.
— Нет. Благодаря воле сильного народа. И одному очень хорошему советнику.
— Спасибо, сэр.