Глаза того, кто никого не любит. Ты демон! Тот, кто жадною рукой, устами скверны светлы души губит!
В те дни, когда мне были новы
Все впечатленья бытия —
И взоры дев, и шум дубровы,
И ночью пенье соловья, —
Когда возвышенные чувства,
Свобода, слава и любовь
И вдохновенные искусства
Так сильно волновали кровь,
Часы надежд и наслаждений
Тоской внезапной осеня,
Тогда какой-то злобный гений
Стал тайно навещать меня.
Печальны были наши встречи:
Его улыбка, чудный взгляд,
Его язвительные речи
Вливали в душу хладный яд.
Неистощимой клеветою
Он провиденье искушал;
Он звал прекрасное мечтою;
Он вдохновенье презирал;
Не верил он любви, свободе;
На жизнь насмешливо глядел —
И ничего во всей природе
Благословить он не хотел.
— Если ты и дальше будешь упорствовать, мы тоже не будем сдерживаться.
— Наличие слова «сдерживаться» в твоём словарном запасе удивляет меня больше всего.
Свет из-под оранжевого абажура рисует её силуэт, примятая подушка как холст. Она читает и улыбается, о чём-то своём. Плюшевый пёс с живыми глазами и красным языком улыбается у неё на коленях. Шотландский плед небрежно кутает стопы. Ей хорошо. В левой руке у неё яблоко, а правая – придерживает страницу. Прядь волос прикрывает один глаз, но я вижу его небесную бирюзу. Вот она отрывает взгляд от книги. Теперь она улыбается мне, и мир из гармоничного становится небесным, потому что я вижу её глаза, лучистые, улыбающиеся. Это – её мир, это она. Слова пропадают.
– Привет, – говорю я ей.
– Привет, – улыбается она.
Для них она Богиня всего женственного, всего самого недоступного, всего самого порочного.
Мое новое, ты у меня в крови, я у тебя в долгу:
Превозмогая страхи, я все смогу,
Холодным сердцем, легкими на снегу -
Пусть нам обоим будет чему учиться.
Камни — другому берегу — я их больше не берегу,
Никаких обещаний друг другу, апрелю и четвергу -
Просто будь лучшим, что может сегодня со мной случиться!
Cлайд с цитатой