Я убил Натана Хейла. Мне пришлось убить — он становился одним из них. Он мог помешать мне, но он и сам хотел умереть. Может, я просто утешаю себя... Даже мёртвый, Хейл продолжает борьбу. Доктор Маликов нашёл особый белок в его крови. Он выделил его и создал вакцину. Наконец-то — лекарство от вируса Химер. Мы получили прививку. Хейл снова спас нас... в последний раз. Хейл был героем, а я — негодяем.
Я должен был умереть еще много лет назад, от лейкемии. Но судьба подарила мне еще немного времени. Каждый день для меня — дополнительный.
Он уговаривает себя: ничего страшного, все люди рано или поздно умрут. Каждого можно считать неизлечимо больным, каждого подтачивает коварная болезнь, против которой нет лекарств. Название этой болезни – Время.
Конец неизбежен, что для больного, что для здорового, такое вот парадоксальное равенство.
Пусть болезнь, дуэль, понесшая лошадь заставят нас посмотреть смерти в лицо – мы все-таки будем вволю наслаждаться жизнью, любострастием, неизведанными странами, которых мы оказались бы вдруг лишены. А стоит опасности миновать — и мы возвращаемся к прежней скудной жизни, лишенной всех этих наслаждений.
На протяжении веков конечный удел героев был такой же, как и у обычных людей. Все они умерли и постепенно стёрлись из памяти людей. Но пока мы живы, мы должны понять себя, разобраться в себе и выразить себя.
Как печально лежать сейчас на одре болезни, может быть, умирая! Этот мир так прекрасен! Как же, наверное, жутко покидать его и отправляться кто знает куда?
Любая тяжёлая болезнь воспринимается, как репетиция смерти. Пусть она и не грозит немедленно оборвать жизнь. Но чему-то непременно кладёт конец — привычному образу жизни, излюбленным занятиям.
Дмитрий Петренко был героем. Он должен был умереть как герой. Его ждала славная смерть в бою за Родину. А вместо этого он погиб просто так. Как скот на бойне. Жаль, что он уцелел в Берлине.
Cлайд с цитатой