Никто не может заставить тебя быть с тем, с кем ты не хочешь быть.
— Такое чувство, что тебя не волнует ни наша пара, ни то, сколько месяцев мы уже вместе!
— Давай посмотрим. Мы вместе уже четыре месяца, десять дней, семь часов и тридцать три минуты. Но я могу ошибаться, это же для меня так неважно, да?
Не будь наивным. Даже если Виолетте нравятся видеоигры, конкурсы отрыжек и фильмы ужасов — она всего лишь девчонка.
— Прикольно заниматься любовью, когда твои родители спят в соседней комнате!
— Заниматься любовью?! А, нет, нет, нет! Они же за соседней дверью! Ты что, они ведь могут нас услышать! Они, конечно, люди толерантные, но не до такой же степени! Ни за что!
— Ладно... Тогда... Что же мы будем делать?
— То, что и все. Ляжем спать.
— Оу... Да, конечно! Мы с тобой уже достигли такого уровня, что можем просто лежать в постели и не заниматься любовью?!
— Да, котёнок. Это называется устойчивые отношения. Спокойной ночи!
Если считать Вас близким человеком, Вы заставили меня очень страдать, если же посторонним, — Вы принесли мне только добро. Я никогда не чувствовала Вас ни таким, ни другим, я сражалась в себе за каждого, то есть против каждого.
— Ты этого хочешь? Увидеть, как я сорвусь?
— Ты прав. Прости. Просто мне легче, если ты всего лишь агрессивный засранец.
— Почему?
— Так я могу не беспокоиться, что влюблюсь в тебя.
... Скажи мне, для чего такое мщенье?
Я виноват, другую мог хвалить,
Но разве я не требовал прощенья
У ног твоих? Но разве я любить
Тебя переставал, когда толпою
Безумцев молодых окружена,
Горда одной своею красотою,
Ты привлекала взоры их одна? —
Я издали смотрел, почти желая,
Чтоб для других очей твой блеск исчез;
Ты для меня была — как счастье рая
Для демона, изгнанника небес.
— Я полюбил тебя с того момента, как впервые увидел. Мне казалось, что ты меня тоже любишь.
— Я тоже так думала, Дик, но только потому, что не знала, что такое настоящая любовь.
Ты (да‑да, ты тоже) не прочь иметь в сердце несколько женщин. Или еще лучше: чтобы как можно больше (интересных) женщин носили тебя в своем сердце. И каждая, разумеется, совершееееееенно не такая, как другие. Каждая – что‑то «совершенно особенное». Каждая имеет для тебя особое значение и занимает в тебе свое особое место. Немудрено, Лео. Потому что это ТЫ отводишь каждой из них ее «особое место». Думая об одной, ты забываешь о других. Открывая один шкаф для чувств, ты не боишься, что из другого кто‑нибудь выскочит: они все надежно заперты.
Я другая. Я не умею чувствовать параллельно. Я чувствую линейно. И люблю тоже линейно. Одного за другим. Но всегда лишь одного.
— «Ты научил меня любить, теперь же учишь забывать о счастье!» Я попрошу наших девочек спеть мне эту грустную песню и буду оплакивать вместе с тобой нашу любовь.
— Я не хочу ничего оплакивать.
— А я не хочу забывать.
Cлайд с цитатой