При встречах подруги щебечут о неиссякаемом пыле своих мужей, и это – бесстыдная ложь. И все знают об этом, но никто не хочет отстать от других.
... мимо снуют прохожие, погруженные в свои миры – такие крохотные, что вмещаются в экранчик сотового телефона, в который они всматриваются и вслушиваются.
... мужчины… ах, эти мужчины!.. Они делают все возможное и невозможное, чтобы скрыть свою хрупкость, и любая восемнадцатилетняя пигалица способна веревки из них вить.
Если «Франкенштейн» по-прежнему продается, значит, все узнают себя в ученом и в его чудовищном творении.
— Да у тебя подругами могут быть только...
— Ну, кто?
— Вурдалаки!
— Правильно, поэтому ты и была лучшая из них!
Наш брак основан на лжи, но также на лжи основаны другие прекрасные вещи как религия и история Америки.
Мечтая, мы приводим в действие могущественную энергию и уже не можем скрыть от самих себя истинный смысл нашей жизни. Мечтая, мы, кроме того, выбираем, какую цену заплатить.
— Я вылечилась?
— Нет. Вы другой человек, которому хочется быть таким же, как все. А это, с моей точки зрения, является опасной болезнью.
— Опасно быть другой?
— Нет. Опасно — пытаться быть такой же, как все: это вызывает неврозы, психозы, паранойю...
Баба, фраер, чисто мент — пирожок для вора,
Келешуй, браток, момент, вот тебе контора,
Замутить их надо в дело, чтобы рыбку съели смело,
И рамсы втереть умело, что к чему.
Cлайд с цитатой