– Если я тебя выпущу и твоё поведение покажется мне хоть чуточку подозрительным, я в твою голову столько пуль засажу, что даже Бог тебя не узнает.
– Я атеист. Стреляйте, если захотите.
– Скажи мне одну вещь о Стайлзе, которую ты помнишь. Лишь одну.
– Проведите ключ-картой, и я расскажу Вам всё что угодно, что захотите.
– Шериф... Они идут.
– Одна вещь. Хоть одна вещь!
– Он был умён! Достаточно умён, чтобы не доверять мне.
– Умоляю, пожалуйста, скажите, что принесли ключ-карту.
– Я ещё принёс пистолет.
– И ваше чувство юмора. Замечательно.
– Что ты тут делаешь?
– Аттестат получить мне всё же нужно.
– Нет. Что тебе нужно, так это избить тебя свинцовой трубой, обмотанной колючей проволокой.
– Ладно, признаю, что совершил ошибку.
– Убийства. Ты совершил убийства.
— Пожалуйста, скажи, что сегодня на родительском собрании я услышу только хорошие новости.
— Смотря что для тебя хорошие новости?
— Это отсутствие каких-либо проблем.
— Может, стоит пересмотреть это понятие?
Известно ли нам, что он [Бог] справедлив, благостен, добр, кроток, милосерден, сострадателен? Нет. У нас нет никаких доказательств того, что он обладает хотя бы одним из этих качеств, — и в то же время каждый приходящий день приносит нам сотни тысяч свидетельств — нет, не свидетельств, а неопровержимых доказательств, — что он не обладает ни одним из них.
Ужас быть атеистом в том, что когда он по-настоящему благодарен, ему некого благодарить.
– Хочешь, чтобы я дал тебе образец своей ДНК?
– Нет, с четвёртого класса ничего не осталось, с чем можно было бы сравнить.
Cлайд с цитатой