— Что это под пиджаком?
— Жилет.
— Нет — пистолет!
— Ну, подумаешь, совсем маленький пистолетик!
— О, итальянец, любовь моя, иди ко мне! Дай мне сильные ощущения! Я хочу дрожать от возбуждения! Пеппино, я люблю тебя! Любовь под пулями, любовь во время войны! Целуй меня, целуй! Давай займемся любовью! Ну все, война закончилась — конец любви.
— Куда же ты?
— Переживаний больше нет.
— Вы знаете Саторнино Кавалло?
— Знаю ли я его? Да, это я и есть! Сынок, обними меня!
— Папа! Папа!
— Сынок, наконец-то!
— На кого ты похож, папа. Бедный папа. Я тебя уже давно ищу, а тут ты меня нашел. Какая радость. Я так счастлив, папа!
— Скажи, сынок, ты ведь работаешь, да?
— Нет, папа, но я найду работу.
— Но, ты ведь привез из Италии какие-то деньги?
— Нет, ни одной лиры.
— Лиры? Но доллары какие-нибудь скопил?
— Нет, папа.
— А квартира у тебя есть? Хоть каморка?
— Нет.
— Нет!? И ты хочешь, чтобы я был твоим отцом?
— Но ты же сказал, что ты мой отец?
— Я твой отец!? Да пошел ты к черту, нахрен мне такой сын нужен!
— Но, ведь тебя зовут Саторнино Кавалло?
— Какой Саторнино Кавалло, меня зовут Эмануэле Опуццо, мой отец закончил университет, мать — врач, думаешь, им нужен такой внук? Лучше катись в свою Италию!
— Тогда, знаешь что, «папа»? Ты старый хрен!
Здесь повесишь подковы не потому что у меня фамилия лошадиная, а потому что подковы приносят удачу.
— ... побаливает при езде и иногда немного при ходьбе, а так все в порядке.
— Я гей, если хочу посмотреть?
— Любопытный гей!
Написать хороший роман — это как нарисовать картину размером со стену кисточкой для ресниц.
Мэтр все это время стоял рядом и с сосредоточенным видом листал свою книгу в синей бумажной обложке. Книга оказалась захватанной до невозможности – на многих листах виднелись сальные пятна и какие-то грязные отпечатки, краска местами потекла, и руны были подправлены от руки обычными чернилами. На полях пестрели пометки, отдельные слова были подчеркнуты, а одно заклинание так вовсе замарано крест-накрест, и рядом стояла категоричная резолюция: «Фигня!»
Cлайд с цитатой