«Неловко» — это слишком слабо сказано. Я бы сказал, смущение космического масштаба.
Это звучит парадоксально, но мы сильнее печалимся не о потере тех, с кем у нас были наполненные отношения, а о потере тех, в отношениях с кем было много неудовлетворенности и незавершенных дел.
Когда я ссорилась с моим другом Сергеем, ведущим танцором в театре и позднее моим мужем, мне хотелось убежать, напиться, найти пенис, любой пенис — желательно, чтобы его владелец был случайный человек, — и заниматься сексом, чтобы ранить Сергея и почувствовать себя лучше. Это всегда срабатывало. Но ненадолго. Очень ненадолго.
О, подарите мне землю, много земель
под усыпанным звездами небом.
Не ограничивайте меня.
Позвольте мне проскакать сквозь всю
широкую и просторную страну, которую люблю.
Не ограничивайте меня.
Позвольте мне быть самим собой
во время вечернего бриза
И слушать шелест тополей.
Прогоните меня навсегда,
но я прошу вас, пожалуйста,
Не ограничивайте меня.
Реальность это не просто то, что существует само по себе, а то, что в значительной степени каждый из нас конструирует или изобретает.
Когда умирают родители, мы всегда чувствуем себя уязвимыми, не только потому, что мы имеем дело с потерей, но и потому, что мы сталкиваемся с нашей собственной смертностью. Когда мы становимся сиротами, больше нет никого, кто бы отделял нас от могилы.
У Шопенгауэра есть цитата, где он сравнивает любовную страсть со слепящим солнцем. Когда оно тускнеет в более позднем возрасте, мы вдруг узнаем о существовании чудесного звёздного неба, которое было закрыто или спрятано солнцем.
В тот момент, когда вы задали свой вопрос, моя мысль была очень необычной. Это было кое-что, выложенное на анонимном веб-сайте, посвященном разным секретам. Там было написано: «Я работаю в Старбакс, и, когда посетители грубят, я даю им кофе без кофеина».
Для того чтобы прожить, нет никакой необходимости в прекрасном. Если отменить цветы, материально от этого никто не пострадает; и всё-таки кто захочет, чтобы цветов не стало? Я лучше откажусь от картофеля, чем от роз, и полагаю, что никто на свете, кроме утилитариста, не способен выполоть на грядке тюльпаны, чтобы посадить капусту. На что годится женская красота? Коль скоро женщина крепко сложена с медицинской точки зрения и в состоянии рожать детей, любой экономист признает её прекрасной.
Радищев — не писатель, он — родоначальник и основоположник. С него начинается длинная цепочка российского диссидентства. Радищев родил декабристов, декабристы — Герцена, тот разбудил Ленина, Ленин — Сталина, Сталин — Хрущева, от которого произошёл академик Сахаров.
Cлайд с цитатой