— Cколько тебе лет?
— Уже можно.
— Что можно?
— Приставать к тебе!
– Ну, вот и Холл.
– Высади в центре. Приятно было познакомиться.
– Знакомства не было.
– А я тебя уже знаю.
– Да, ну?
– Я выставила ноги, задрала юбку, а ты не взглянул… ни на секунду.
– Ну и что из этого?
– На пальце кольца нет. Сколько тебе? Тридцать? Сорок? Ты педик.
У меня такое чувство, будто ты за эти три месяца стала, по крайней мере, на пять лет старше — так ты изменилась. Ты стала на пять лет красивее. И на десять лет опаснее.
Недавно подумала, что в тридцать лет у женщины самая старая душа. Подростковая энергия растрачена, а детские комплексы никуда не делись. Юность прошла, а зрелость, с её уверенностью и силой, так и не наступила: кажется, следом сразу старость.
— И сказал господь: не вечно Духу Моему быть пренебрегаемым человеком, потому что они плоть, пусть будут дни их сто двадцать лет.
Подняла на меня глаза.
— Твой Создатель дал тебе сто двадцать лет, а ты в тридцать считаешь себя старухой. Серьёзно?
— С возрастом верить всё труднее, — ответил я. — Примерно как жевать стертыми зубами. Мои зубы не стали циничнее или малодушнее. Они просто стерлись.
Семнадцать плюс двенадцать — всего-навсего двадцать девять, а это, чёрт возьми, ещё не старость. Клеопатре было сорок восемь, когда Антоний ради неё отрекся от власти над миром.
В 20 лет жизнь еще не кончилась! Она только начинает кончаться. А еще через 20 лет она кончает начинаться.
Cлайд с цитатой