Всё в порядке, детектив? Ты словно думаешь о чём-то другом. Обычно ты чуть улыбаешься моим шуткам или закатываешь глаза. Кажется, разок даже фыркнула.
Добро пожаловать в клуб. Встречи проходят по вторникам.
Всё в порядке, детектив? Ты словно думаешь о чём-то другом. Обычно ты чуть улыбаешься моим шуткам или закатываешь глаза. Кажется, разок даже фыркнула.
— Некоторых просто невозможно спасти.
— В этом ты ошибаешься. Для него ещё есть надежда.
— Он стрелял в тебя у церкви, скорее всего рулит наркобизнесом за твоей спиной, а ещё, кстати, убил человека.
— Я в это не верю.
— А если это правда?
— Тогда я нужен ему ещё больше.
— Почему ты веришь в этого парня?
— Господь в него верит. В каждого из нас. Даже в самые тяжёлые времена.
— Ты серьёзно так думаешь?
— Конечно. Почему ты считаешь иначе?
— Потому что он не верит в меня.
— Так чего же ты хочешь?
— Свободы.
— О, как я и подозревал. Тебе надоело быть в тюрьме?
— Да, именно, я задолбался.
— Ты хочешь сбросить оковы, переродиться?
— Да.
— И ты сбежала из ада, нашла себе тело этого бедолаги, только что помершего от инфаркта и начала губить землю? Ну что ж, пора и джигу станцевать. Мы нашли тебя, мама.
— Погодь, че?
— Ты же сказал, что хотел сбросить оковы?
— Да, когда меня в скорой спасли, я понял, что я хочу быть свободным.
— Да, свободным от ада.
— А, не, от долгов. Я кучу денег должен, ну и вот эти цацки все бы покрыли. Ну, все, вы двое — мне это надоело...
— Это не мама.
— Да, что ты говоришь!?
— Расскажи мне, чего ты хочешь? Чего ты на самом деле хочешь?
— Я хочу мафин с малиной и сливочным сыром. И... и... и снять эту штуку!
— Боже, ты ожидаешь близнецов?
— Ну запустился я немного и что? Углеводы отродье дьявола.
— Не вешай на меня свою слабость.
— Поэтому вы не пришли на занятие? Растолстели?
— Конечно, никто не обретет настоящего себя с гуру, похожим на трубочку.
— Лучше я буду жирным, чем распускающим руки гадом.
— Ну все, я требую адвоката.
— Только не съешь его.
— Хочешь, чтобы я привёл твоих детей попрощаться?
— И стереть всё усвоенное в Аду? Никогда. Мои дети безупречны. Их не смогут прогнать, потому что у них нет дома. Их никто не сможет бросить, потому что у них нет семьи.
— Здравствуйте, хочу снять номер на вечер и, пожалуйста, с хорошим видом из окна.
— Ты что, шутишь? Это же психбольница.
— Извини, я забежал вперед. Я единственный и неповторимый Люцифер Морнингстар.
— ...
— Дьявол!.. Темный властелин?.. Вельзивул, Господи Боже!
— ...
— В смирительную рубашку меня, срочно!
— У нас почти нет мест, дружище, так что, если ты не представляешь опасности для себе или... [Люцифер хватает парня за рубашку и прижимает к стеклу.]
— Так сойдет?
— Замечательно.
Мистер Данлер не говорил о том, что испытывает филантропический кайф, делая добрые дела, например, отказывая в сексе пьяным женщинам?
— Что ты знаешь о Господе Джонсоне?
— Я люблю огонь.
— Ладно, забей.
— Может, я могу помочь? Я видел, как он сотворил чудо.
— Правда?
— В полдник он достал мне еще одно желе. Тсс.