Людей легко сменить, а не изменить их.
Люди – такие непредсказуемые существа… Впрочем, нет, вполне предсказуемые, и это ещё хуже.
Людей легко сменить, а не изменить их.
Люди – такие непредсказуемые существа… Впрочем, нет, вполне предсказуемые, и это ещё хуже.
Каждая страна, как и человек, доставляет неудобства другим, одним фактом своего существования.
— Говорят, никогда не узнаешь человека, пока не сыграешь с ним в шахматы.
— И вы в это верите?
— На самом деле никогда не узнаешь человека, пока не одолжишь ему денег.
Из всех, кого я знаю, только папа другой. Он верен чему-то, что в нем, а не в вещах.
Мы часто смотрим на древних, как на детей. А дети мы перед древними, перед их глубоким, серьезным, незасоренным пониманием жизни.
Я рассматривала людей, проходивших внизу. У каждого из них своя история, и она — часть еще чьей-нибудь истории. Насколько я поняла, люди не были отдельными, не походили на острова. Как можно быть островом, если история твоей жизни настолько тесно примыкает к другим жизням?
Человек чувствует, как тщетны доступные ему удовольствия, но не понимает, как суетны чаемые.