Injustice: Ground Zero (Несправедливость: Эпицентр)

Броня делает Брейниака неуязвимым, по крайней мере, к урону внешнему. Он переживёт эту небольшую операцию на мозге — просто перестанет управлять своим кораблём-Черепом.

Мы предотвратили катастрофу, и теперь я продолжу поиски моего пропавшего наставника — профессора Рея Палмера. В прошлом году Палмер отправился в Микровселенную — открытое им субатомное измерение. На случай, если он заблудится, он оставил след из подсказок и попросил коллегу-астматика — вашего покорного слугу — пойти по нему.

Но этот след оборвался. Именно поэтому я улучшаю свой биопояс с помощью технологий Брейниака — я тоже отправляюсь на субатомный уровень. Я не самый сильный и не самый отважный герой, но вот профессор Палмер... Он — гений, сравнимый с Эйнштейном. Он доверил мне своё потрясающее наследие. Атом его не подведёт.

0.00

Другие цитаты по теме

Быть учёным — значит, быть наивным. Мы так упёрлись в поиски правды, что не думаем как мало людей хочет, чтобы мы ее нашли. Но она всегда там, видим мы её или нет. Выбираем или нет. Правде плевать на наши нужды и желания. Ей плевать на наши правительства, идеологии, религии. Она будет ждать. Всё время.

Могут сказать, что школа обязана преподать ученику «несомненные» и «твердо установленные основы» современной науки, а не сеять в его неокрепшие мозги сомнения, противоречия и скепсис. Верно. Но при этом не следует забывать, что все эти «твердо установленные основы» сами есть не что иное, как результаты трудного поиска, не что иное, как с трудом обретенные ответы на когда то вставшие (и поныне понятные) вопросы, – не что иное, как разрешенные противоречия.

А не «абсолютные истины», свалившиеся с неба в головы гениев; жареного рябчика кто-то ведь должен был поймать и зажарить. И этому – а не заглатыванию пережеванной чужими зубами кашицы – надо учить в науке. С самого первого шага. Ибо далее будет поздно.

«Голый результат без пути к нему ведущего есть труп», мертвые кости, скелет истины, неспособный к самостоятельному движению, – как прекрасно выразился в своей «Феноменологии духа» великий диалектик Гегель. Готовая, словесно-терминологически зафиксированная научная истина, отделенная от пути, на котором она была обретена, превращается в словесную шелуху, сохраняя при этом все внешние признаки «истины». И тогда мертвый хватает живого, не дает ему идти вперед по пути науки, по пути истины. Истина мертвая становится врагом истины живой, развивающейся. Так получается догматически-окостеневший интеллект, оцениваемый на выпускных экзаменах на «пятерку», а жизнью – на «двойку» и даже ниже.

— А вы помните, Даша, как я вас в поезде встретил?

— Помню — встретили и забыли.

— Что вы, я вас искал.

— Искали и не нашли? Значит, плохо искали.

— Зачем вы так? Я все время думал о вас. И вчера, когда я вас вдруг увидел...

— Даже не поздоровались.

— Ну а как же я мог? Ведь мы даже не были знакомы с вами.

— Ну вот и познакомились.

Если бы у нас была наука, обладающая достаточным мужеством и достаточным чувством ответственности, чтобы заниматься человеком, а не просто механизмами жизненных процессов.

В течение истории многие недооценивали силу Природы. В этом Брейниак оказался не лучше, чем Супермен или Бэтмен. Они все думали, что смогут превзойти творения природы, но все они ошибались. Земля принадлежала флоре задолго до того, как на ней появились животные. Теперь растения и деревья напомнят этим животным, в чьём мире они обитают.

Когда придёт следующая беда, Природа сможет о себе позаботиться. Я защищаю Природу — и только её!

Ключом ко всякой науке является вопросительный знак.

Поиски, как замечено психологами, представляют собой весьма своеобразный феномен: весь мир вокруг оказывается как бы единым пьедесталом, на который возводится зловещее отсутствие разыскиваемого.

Науку часто смешивают со знанием. Это грубое недоразумение. Наука есть не только знание, но и сознание, то есть уменье пользоваться знанием как следует.

Искала на небе, нашла под ногами.